«...идущего
ПУТЁМ ПРАВДЫ
Он любит» (Пр. 15:9)
«Ибо... вам надлежало быть…»

«Вас же, овцы Мои, — так говорит Господь Бог — вот, Я буду судить между овцою и овцою, между бараном и козлом» (Иез. 34:17). Как только разговор заходит о пастве, с самого на­чала обращает на себя внимание тот факт, что Пастырь для суда подразделил Свое стадо на три категории: овец, баранов и коз­лов. Что интересно, заявляя о суде между бараном и козлом, Господь не объясняет нам, в чем заключается причина такого суда, несмотря на то, что далее Он весьма доходчиво раскрывает проблему отно­шений между овцами. На мой взгляд, все потому, что причина заключается в самом факте присутствия в стаде козла. Дело в том, что баран, будучи овцой мужского пола, по своему при­родному положению является лидером в определенном круге. Так всегда было и так должно быть: все стадо по причине боль­шого количества начинает делиться на небольшие группы, в каждой из которых обязательно должен быть свой лидер. Этот принцип успешного существования общества заложен во всех эффективных организациях на земле.

Отложим на несколько минут разговор о баранах и козлах и поговорим о принципе. На самом деле этот принцип не яв­ляется идеальным для новой Церкви, исполнен­ной Святым Духом. Господь давно уже показал Свое намерение создать возрожденный народ таким образом, чтобы каждый в конечном счете был водим посредством Духа Святого лишь одним Пастырем Иисусом Христом. Но из-за нашей духов­ной немощи мы имеем то, что создавалось ещё при Моисее, когда священник Мадиамский Иофор, заметив, что Моисей, являясь вождем народа, не справляется со всевозрастающи­ми трудностями, посоветовал ему поставить так называемых тысяченачальников, стоначальников, пятидесятиначальни­ков и десятиначальников. Это был хороший совет, потому что должен быть кто-то, кто помогал бы Моисею вести все дела, связан­ные с Божьим народом. Но это был совет не от Бога, оттого данное решение и стало для Израильского народа как бы ми­ной замедленного действия, заложенной в отношения между ними и Богом. Замысел Бога было решено воплотить в жизнь человеческими методами. Такую форму самообмана можно на­звать компромиссом между Божьей волей и человеческим про­тивлением. Вследствие такого странного компромисса на долю все более и более отступающего Израильского народа выпало немало бед и страданий. Однако ещё большая трагедия заклю­чается в том, что и по сей день в устройстве Церкви мы видим все тот же старый подход компромисса, то есть не изменилось главное отношение между Богом и человеком и, как след­ствие, отношение между человеком и человеком.

Какая же во всём этом была заложена несостоятельность? Те, кто испытал на себе действие Духа Святого, знают: одно дело, когда организующей силой в человеке является Дух Свя­той, и другое, когда человека организовывает закон, как это было во времена Ветхого Завета. Закон делает людей подза­конными или, другими словами, их дух становится подчинен­ным букве. Однако рожденный свыше человек благодаря Духу Святому сам как бы изнутри становится законным, потому что Христос вселяется в его сердце, и, как написано в 3-й главе Второго послания к Коринфянам, заповеди становятся запи­санными уже не где-то на каменных скрижалях Моисея или в книге, а «на плотяных скрижалях сердца». Таким образом, упо­вание на закон неминуемо приводит к законничеству, когда на одно правило появляется другое, теперь уже человеческое, что скорее отводит от Христа, нежели ведет к Нему. Именно по­средством таких человеческих правил и стала возможна неза­метная адаптация Божьей воли к людским слабостям, что, по существу, явилось хитрым способом приспособленчества ко греху. В этом нет никакого прогрессивного движение к Богу, на­оборот, мы видим на примере Израиля, как это приводит лишь к разрушению.

Отказавшись общаться с Богом, Израиль тем не менее не перестал нуждаться в организации своего общества. Поэтому его лидеры нашли альтернативный вариант поддержания по­рядка в виде жесткой вертикали подчиняющей одного человека другому, несмотря на то, что Бог Сам лично хотел направлять Свой народ без участия множества посредников и законов. «Вот завет, который завещаю дому Израилеву после тех дней, говорит Господь: вложу законы Мои в мысли их и напишу их на сердцах их, и буду их Богом, а они будут Моим народом. И не бу­дет учить каждый ближнего своего и каждый брата своего, гово­ря: познай Господа; потому что все, от малого до большого, будут знать Меня. Потому что Я буду милостив к неправдам их, и гре­хов их и беззаконий их не воспомяну более» (Евр. 8:10–12).

Современная церковь в своей основной массе продолжа­ет использовать этот старый принцип не только по отношению к новообращенным, которые бесспорно до определенного времени нуждаются в руко­водстве, но и ко всему, что происходит в ней. А это уже Ветхий Завет. Из-за этого церковь становится похожа, скорее, на под­разделение какого-нибудь мирского заведения, чем на подраз­деление Царства Небесного на земле. Как бы то ни было, мы имеем то, что имеем, и уязвимая в своем основании система всегда будет давать сбой, а значит, ее необходимо исправлять. По этой причине мы обязательно должны принимать все об­личения от Господа, как те, что мы читаем в 34-й главе Книги Иезекииля, и прилагать максимальные усилия, чтобы испра­вить все ошибки и заблуждения до тех пор, пока Христос, на­конец, не создаст из нас святую, без пятна и порока Церковь.

Итак, лжепророки появляются потому, что есть пророки; горе-пастыри появляются потому, что есть пастыри; козлы в стаде появляются потому, что есть бараны. Описывая извечную тяжбу барана и козла, народная поговорка гласит: «бился ба­ран с козлом, помутилась вода с песком». В основе отношений между бараном и козлом, упомянутых пророком Иезекиилем, лежит борьба за влияние, или все та же конкуренция. Только на главную роль претендует не баран, который по данной от Бога природе обязан блюсти порядок, а козел, пытающийся перехватить инициати­ву в среде подопечных барану овечек. Несмотря на коварные желания козла, это, прежде всего, проблема барана, потому что именно он позволил появиться в своем стаде козлу. Пропустил ли он момент появления козла, либо сам из-за своего безволия и безынициативности сдал свои позиции, неважно. Важно то, что все это выглядит весьма удручающе, и Господь неминуемо спросит как с барана, так и с козла. Здесь следует понимать, что речь не идёт о появлении нового «горящего огнем» лиде­ра взамен старого «барана», сбившегося с пути правды. Нет, здесь говорится о появлении корыстного, преследующего свои интересы самозванца, нагло или хитро входящего в дом, по­давляющего Духа Святого и попирающего учение Христа. «Ибо вкрались некоторые люди, издревле предназначенные к сему осуж­дению, нечестивые, обращающие благодать Бога нашего в повод к распутству и отвергающиеся единого Владыки Бога и Господа нашего Иисуса Христа» (Иуд.1:4).

Обращаясь к овцам, Господь в 34-й главе Книги Иезеки­иля продолжает: «Разве мало вам того, что пасетесь на хоро­шей пажити, а между тем остальное на пажити вашей топче­те ногами вашими, пьете чистую воду, а оставшуюся мутите ногами вашими, так что овцы Мои должны питаться тем, что потоптано ногами вашими, и пить то, что возмущено ногами вашими? Посему так говорит им Господь Бог: вот, Я Сам буду судить между овцою тучною и овцою тощею. Так как вы толка­ете боком и плечом, и рогами своими бодаете всех слабых, доколе не вытолкаете их вон, то Я спасу овец Моих, и они не будут уже расхищаемы, и рассужу между овцою и овцою» (Иез. 34:18–22). Для того чтобы понять, почему у овец появилось такое, мягко говоря, странное поведение, давайте разберемся, прежде все­го, с вопросом, о каких именно овцах говорит Господь, когда обличает Свою паству? Безусловно, речь не идёт о всем стаде разом. В 20-м стихе Бог конкретно указывает, кого Он будет су­дить за столь наглое и распущенное поведение, называя таких овец тучными, или разжиревшими, как это было сказано выше в 16-м стихе той же главы. Но ещё выше, в 3-м стихе все той же 34-й главы, мы видим, что овцы, названные откормленными, представлены уже в положительном свете. Что это за подмена понятий? Неужели Слово Божье ошиблось, представив нам од­них и тех же овец по-разному? Безусловно, нет. Если быть вни­мательным, то можно заметить, что Господь, достаточно метко характеризуя этих овец, дает им своеобразные названия. Читая о тучной и разжиревшей овце, мы, в первую очередь, представ­ляем ее себе толстой, наглой и ленивой, но когда мы читаем об откормленной овце, то перед нами предстает совершенно иной образ: овца, набравшаяся сил, чтобы идти дальше (о чем мы уже подробно говорили выше).

Тем не менее подозрения в родственной близости этих овец возникают неслучайно. Действительно, дистанция между от­кормленной и разжиревшей овцой невелика. Дело в том, что очень быстро и незаметно откормленная овца может перейти из своего нормального состояния в состояние ожирения. Если в питании вовремя не остановиться, тем более в том, которое может развратить, то хорошее состояние сытости мгновен­но может обратиться в неприятное состояние пресыщения. Так произошло с церковью в Коринфе, которую апостол Па­вел был вынужден в своем послании обличать следующими словами: «Вы уже пресытились, вы уже обогатились, вы стали царствовать без нас. О, если бы вы и в самом деле царствовали, чтобы и нам с вами царствовать!» (1 Кор. 4:8). Из-за своего пресыщения церковь превратилась в сборище людей, которые мудрствуют без меры и понимают власть как господство над себе подобными, из-за чего и превозносятся друг над другом (1 Кор. 4:6). Желание оставаться безответственными младен­цами превратило их богатство, которым они должны были на­чать делиться с другими, в ничего не значащее пустословие.

При каких обстоятельствах происходит такая ужасающая метаморфоза? Когда я задался этим вопросом, Господь в ответ указал мне место Писания, где апостол Павел поднимает очень серьезную для церкви проблему, напрямую связанную с этим вопросом. «О сем надлежало бы нам говорить много; но труд­но истолковать, потому что вы сделались неспособны слушать. Ибо, судя по времени, вам надлежало быть учителями; но вас снова нужно учить первым началам слова Божия, и для вас нужно молоко, а не твердая пища. Всякий, питаемый молоком, несве­дущ в слове правды, потому что он младенец; твердая же пища свойственна совершенным, у которых чувства навыком приуче­ны к различению добра и зла» (Евр. 5:11–14). Я не случайно про­цитировал этот текст из послания Павла с 11-го стиха, где он, раскрывая непростую тему, связанную с Мелхиседеком, вдруг останавливается и вспоминает, что его слушатели, оказывается, стали неспособны слушать такие серьезные вещи. Уровень про­блем, в тисках которых оказалась церковь, и о которых неожи­данно вспоминает Павел, все равно не даст им возможности по­стичь нечто высокое, о чём стал было рассуждать апостол. Пока они не разрешат главного, что мешает им двигаться дальше, и не повзрослеют для следующего шага, бесполезно говорить о высоких материях, что окружают нас, и духовных глубинах.

Проблему, из-за которой овцы не только сделались неспо­собными слушать, но и потеряли слово правды, Павел именует духовным младенчеством — это когда человек по времени дав­но уже должен стать взрослым тружеником, а он по-прежнему хочет оставаться младенцем-потребителем. Но кем бы ни был человек, взрослым или младенцем — он никогда не переста­нет нуждаться в реализации собственных сил. Оттого потеряв­шие слово Божье и сбившиеся с пути правды овцы и начинают топтать, возмущать, толкать и бодать своих ближних, пытаясь таким младенческим способом найти применение своим си­лам. Нет предела совершенству, поэтому как младенец, так и зрелый в Господе человек, в основном, тратит силы на свой ду­ховный рост. Только если младенцу в качестве основного пи­тания необходимо молоко, то взрослому человеку, по словам Павла, уже твердая пища. Апостол, обращаясь в своем посла­нии к церкви, говорит: «Ибо, судя по времени, вам надлежало быть учителями». Первая и, по сути, единственно оправданная цель применения полученных на злачных пажитях сил это учительство, но не простое, в словах и рассуждениях, а препо­данное, прежде всего, через дела собственной жизни. Учитель в его понимании это человек совершенный, который уже может учить других и помогать им, потому что он осознал свое предназначение благодаря полученным в личных отношениях со Христом наставлениям в правде. То, в чем он по-настоящему сможет себя реализовать, определяется исполнением правды, без которой теперь совершенный человек не представляет сво­ей жизни. Это для него как пища забери у такого человека правду, и он как личность погибнет.

Если же человек все ещё наставляем и питаем другими, а в его жизни нет собственного опыта различения добра и зла, то он находится в состоянии духовного младенчества. Таким человеком зачастую руководят чувства и эмоции, которые в случае с совершенным человеком уже приучены действовать не ради удовлетворения собственного эго, а ради различения добра и зла глазами Бога, что крайне необходимо для испол­нения правды. Мы должны уметь различать, навредит ли нам в отношениях со Христом то, что предлагает нам жизнь, или нет, а также уметь чувствовать, будет ли то, что мы делаем, яв­ляться добром для окружающих, или это будет злом. Может случиться и так, что «милость», которую мы проявляем к кому- то, лишь только поощрит его грех, а «твердость», которой мы стараемся придерживаться, разрушит в человеке последнюю надежду на любовь. Кто нам подскажет, как нам правильно по­ступать? Возможно, кто-то ответит, что Дух Святой подскажет. Безусловно, ибо ничего не можем без Господа, но давайте по­смотрим на мотивы. Не надеемся ли мы таким путем заменить работу, в результате которой в нас должен появиться тот самый духовный опыт, на некую добрую сказочную силу, которая вела бы нас, как добрая фея? Это уже попахивает христианской ми­стикой. Лишь только Дух Святой определяет, когда и как Ему говорить, и не наше право, особенно при отсутствии желания трудиться над собой, надеяться на «волшебные» подсказки с Неба. Такое «общение» с Господом, если бы оно было возмож­но, привело бы нас лишь к духовной деградации и духовному паразитированию, в результате чего мы бы попали под оболь­щение гордости.

Если мы постигаем жизнь с ее радостями и испытаниями как то, что имеет причину и следствие в контексте Божьего за­мысла, мы приобретаем колоссальный опыт веры, надежды и любви. Этот опыт, который можно назвать навыком жизни, начинает приходить к нам на помощь как некое новое чувство, способное различить добро и зло. Оно же, а точнее его прояв­ление служит для нас и для окружающих нас людей индикато­ром духовной зрелости, почему апостол Павел и сумел заме­тить данную проблему у еврейской церкви. Однако чувства не просто приучаются, словно их выдрессировали, в этом нет никакого смысла должна измениться сама их мотивация. Слово Божье говорит: «Итак, если есть какое утешение во Хри­сте, если есть какая отрада любви, если есть какое общение духа, если есть какое милосердие и сострадательность, то дополните мою радость: имейте одни мысли, имейте ту же любовь, будьте единодушны и единомысленны; ничего не делайте по любопрению или по тщеславию, но по смиренномудрию почитайте один друго­го высшим себя. Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других. Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Флп. 2:1–5). Прежде чем что-то сделать, не­обходимо это возжелать или прочувствовать сердцем, как это было в жизни Христа, то есть не быть лицемером. Например: не имея сил справиться с обидой, от всего сердца желать про­щения или же, не испытывая любви, искренне стремиться к ней, и тогда наши чувства навыком будут приучены восприни­мать все через Христово сердце. Перефразируя одну поговорку, можно сказать так: Христос навык и нам велел. Что говорить о нас, если Сам Спаситель, в Своей жизни претерпев, был на­учен послушанию: «хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию» (Евр. 5:8) (слово «навык» здесь выступает в роли глагола).

Отсюда следует вывод: то, что некогда наставляло тебя и служило поддержкой, давая силы к новой жизни, теперь для тебя становится пищей, но не простой, как это было в мла­денчестве, когда ничего не нужно было жевать, а твердой, для которой необходимо приложить какие-то усилия, чтобы на­сытиться. Именно из такого труда состоит подавляющая часть пути правды, и именно это имел в виду Иисус, когда говорил о конечном пункте такого пути: «От дней же Иоанна Крести­теля доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11:12). Хотелось бы добавить, что как невозможно представить жизнь младенца без молока, так невозможно представить жизнь окрепшего в Боге человека без служения. Перед нами всегда есть пример жизни Иисуса Хри­ста. Если вдруг каким-то образом отнять у Него служение и весь Его труд, благодаря которому мы были спасены, то Христос перестанет быть Тем, Кем Он является. Служение для Христа было тем же, что пища, Он жил этим и не мыслил Себя без это­го. Хороший тому пример мы видим в Евангелии от Иоанна, когда благодаря разговору Спасителя с одной женщиной ко Христу пришел весь город, а возвратившиеся ученики, кото­рые незадолго до этого отправились за едой, никак не могли взять в толк, что такое могло произойти, от чего Иисус оказал­ся сытым. «Между тем ученики просили Его, говоря: Равви! ешь. Но Он сказал им: у Меня есть пища, которой вы не знаете. По­сему ученики говорили между собою: разве кто принес Ему есть? Иисус говорит им: Моя пища есть творить волю Пославшего Меня и совершить дело Его» (Ин. 4:31–34). Это и есть твердая пища или тот самый путь правды, о котором Иисус говорил ещё Иоанну Крестите­лю, выходя на Свое служение, творить волю Пославшего и совершать дело Его. Поэтому для нас, чтобы перейти из мла­денческого состояния в настоящую взрослую жизнь человека, в сердце которого живет Христос, требуется нечто подобное.

Что же в таком случае из себя представляет молоко? Мо­локо это первые начала Слова Божьего, или начатки учения Христова, как говорит Павел в конце 5-й и начале 6-й главы Послания к Евреям, продолжая обличать Церковь в младенче­стве: «Посему, оставивши начатки учения Христова, поспешим к совершенству; и не станем снова полагать основание обращению от мертвых дел и вере в Бога, учению о крещениях, о возложе­нии рук, о воскресении мертвых и о суде вечном. И это сделаем, если Бог позволит» (Евр. 6:1–3). Безусловно, восприятие любой истины со временем притупляется и нуждается в обновлении, однако Павел не об этом пытается сказать. Говоря «поспешим к совершенству», он, прежде всего, призывает нас начать при­менять в жизни те истины, которые мы уже постигли, изучая Слово Божье. Но в таком случае становится крайне непонятно, почему, учась уже немалое время, человек так и не начинает использо­вать на практике то, что он постиг за прошедшее время? По­чему в его жизни так и не видны дела веры, зато по-прежнему правят дела мира? Почему до сих пор человек не задумался о посвящении, и не знает о той власти, которая дарована ему во Христе Иисусе? Почему эти люди, по словам Павла, живут так, как будто нет надежды на воскресение, и они ни разу не слы­шали о том, что за все в жизни придется отвечать перед Правед­ным Судьей (учение о воскресении мертвых и о суде вечном)? Познав истину и прощение Бога, приняв Духа Святого, а также «вкусивши благого глагола Божия и сил будущего века», то есть любви Бога и Его церкви, эти люди продолжают оставаться та­кими же потребителями, как и были в начале своего пути, вме­сто того чтобы превратиться в даятелей, несущих людям свет.

В чем сокрыты причины этой проблемы? В одном из двух: возможно, это лукавство и в стадо вкрались волки в овечьей шкуре, о которых пишет Павел во Втором послании к Тимо­фею, раскрывая истинное нутро таких людей: «Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие. Ибо люди будут са­молюбивы, сребролюбивы, горды, надменны... предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы, имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся. Таковых удаляйся... всегда учащихся и никогда не могущих дойти до познания исти­ны» (2 Тим. 3:1–2, 4–5,7). Если это действительно так, то вот короткий совет — «таковых удаляйся». А, быть может, это та самая болезнь хронического младенчества, о чём и рассуждает апостол Павел в Послании к Евреям. Но это тоже не лучший вариант. Если с такой болезнью не справиться вовремя, то, по словам Павла, придет не что иное, как отступление. Как бы эта новость ни шокировала нас – это факт. И чтобы убедиться в этом, давайте прочитаем, о чём пишет апостол дальше: «Ибо невозможно — однажды просвещенных, и вкусивших дара небесного, и соделав­шихся причастниками Духа Святого, и вкусивших благого глагола Божия и сил будущего века, и отпадших, опять обновлять покая­нием, когда они снова распинают в себе Сына Божия и ругаются Ему» (Евр. 6:4–6).

Если переложить всю эту мысль Павла на современный язык, то мы увидим следующее: «Судя по времени, вы должны быть уже учителями и помогать другим, но до сих пор, как младен­цы, сами нуждаетесь в заботе. Вам с вашим багажом того, что вы уже приобрели, необходимо оставить это младенчество, которое выглядит, по меньшей мере, очень странно. Рас­считывая на помощь и заботу других, вы до сих пор не можете самостоятельно различить ни добра, ни зла. В вас нет ни еди­ного желания познать волю Божью, дабы встать на путь правды и исполнить свое призвание. Вы похожи на незрелые яблоки осенью, которые выглядят, вроде, как яблоки, но от них нет никакого толку. Отвернувшись от Христа и попав под оболь­щение, вы не собираете для Бога, а расточаете. Можно ли вер­нуть назад тех, кто думает, что с ними все в порядке? Нет, их практически невозможно вернуть на путь раскаяния, ибо они вновь распинают Сына Божьего и при всех подвергают Его унижению». «Каким образом, — спросите вы, — они подверга­ют унижению Сына Божьего?» Тем, что извращают своим по­ведением Евангелие и подвергают унижению своих меньших братьев и сестер. Иисус говорит: «…истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сде­лали Мне» (Мф. 25:40).

Пророк Осия, предрекая неизбежную расплату за грехи, так говорит о духовной инфантильности своего народа: «Муки родильницы постигнут его; он — сын неразумный, иначе не сто­ял бы долго в положении рождающихся детей» (Ос. 13:13). По­стоянное положение в состоянии рождающегося младенца так же неестественно, как и положение откормленного, обу­ченного, но не желающего работать человека. Откормленные, но не вступившие на стези правды овцы не могут трудиться на Божьей ниве. А отсутствие должной работы в жизни ведет к ожирению. Поэтому, несмотря на то, что эти овцы находят­ся в Божьем стаде, они становятся тучными, ленивыми, эго­истичными, и первое, что заплывает жиром, это их сердце. Но даже и в этом случае энергия таких овец все равно куда-то должна реализоваться. Правда, зачастую она начинает уходить не на созидание, где необходимо приложить труд и собствен­ную жертву, а на разрушение, когда преобладает желание уго­дить себе или заставить кого-то трудиться вместо себя, нежели взять инициативу и ответственность в свои руки. Поэтому-то борьба за теплое место под солнцем, неприкосновенный по­кой и зону комфорта нередко доходит до состояния, которое описал пророк Иезекииль: «Посему так говорит им Господь Бог: вот, Я Сам буду судить между овцою тучною и овцою тощею. Так как вы толкаете боком и плечом, и рогами своими бодаете всех слабых, доколе не вытолкаете их вон» (Иез. 34:20,21). Как правило, жертвой за все неудачи у тучной овцы так же, как и у горе-пастырей, становится кто угодно, но только не они сами. Те, кто должен был подавать пример, показывая собой Христа, на самом деле претыкают своей жизнью других овечек, которые смотрят и, вполне возможно, страдают от них. Мутится живая вода, втаптывается в грязь хлеб насущный, который есть уче­ние Христово, так что другим достается уже искаженная исти­на и запятнанное христианство, которое впоследствии может лишь привести к отвращению и отпугнуть их от Бога. «Разве мало вам того, что пасетесь на хорошей пажити, а между тем остальное на пажити вашей топчете ногами вашими, пьете чи­стую воду, а оставшуюся мутите ногами вашими, так что овцы Мои должны питаться тем, что потоптано ногами вашими, и пить то, что возмущено ногами вашими?» (Иез. 34:18,19).

Если вновь вспомнить проблему коринфян, о которых Па­вел в своем послании пишет, что они уже пресытились и обога­тились, то причину, которая привела к отступлению и блуду не­которых из них, мы можем увидеть в грехе пресыщения: «Есть верный слух, что у вас появилось блудодеяние, и притом такое блудодеяние, какого не слышно даже у язычников, что некто вме­сто жены имеет жену отца своего» (1 Кор. 5:1). Итак, оказы­вается, мы имеем дело с довольно опасной болезнью, которая приводит Божий народ к самому страшному, что может слу­читься в жизни верующих людей, отступлению и ещё более изощренному греху.

Сначала отступление не видно, но оно уже есть, потом оно начинает расти, толкаться и превозноситься и в итоге приводит человека к своей крайней степени открытого согрешения блуду. К тому же эта болезнь, если ее запустить, крайне плохо лечится, ибо Слово Божье говорит нам, что «не­возможно отпавших, опять обновлять покаянием». Дело в том, что даже если подвести такого человека к покаянию, велика вероятность того, что это для него так и останется очередным учением начатков, которые он привык глотать, словно пилюли, для успокоения, а не истиной, которой необходимо начать жить. Но как же выбраться из этой тупиковой ситуации? Безусловно, всегда есть милость возлюбившего нас Бога, Который силен спасти в любых обстоятельствах. Но чтобы не попасться на эту хитрую дьявольскую приманку младенчества, нам прежде не­обходимо обратить свое внимание на предупреждение, кото­рое дает Бог.

«И сказал сию притчу: некто имел в винограднике своем по­саженную смоковницу, и пришел искать плода на ней, и не нашел; и сказал виноградарю: вот, я третий год прихожу искать плода на этой смоковнице и не нахожу; сруби ее: на что она и землю за­нимает? Но он сказал ему в ответ: господин! оставь ее и на этот год, пока я окопаю ее и обложу навозом: не принесет ли плода; если же нет, то в следующий год срубишь ее» (Лк. 13:6–9). Дере­во на языке Библии означает человека. Поэтому когда Иисусрассказывал свою притчу о смоковнице он, конечно, имел в виду нас людей. Под плодом же всегда подразумевался ре­зультат нашей праведной жизни, которую, если вспомнить то, о чём мы говорили выше, можно иметь, лишь следуя путем правды. Господь — хозяин виноградника, Он же Творец и Создатель законов и самой жизни, Который прекрасно пони­мает, что от одного года до трех лет вновь посаженное дерево не в состоянии будет дать спелого плода, так как ему нужно набраться сил и крепости. Данное состояние аналогично мла­денческому периоду развития ребенка. Но, подчеркиваю, Бог устроил так, что плодовое дерево обязательно должно начать приносить плоды, и для некоторых деревьев это может прои­зойти даже раньше, чем три года, потому виноградарь и приходит три года подряд в надежде увидеть хоть какой-нибудь плод. И вот когда на третий год хозяин виноградника, опять не находит на дереве плода, он весьма негодует, потому что уже вправе ожидать от дерева, растущего в его винограднике, плод. Виноградарь же, который был поставлен блюсти и ухаживать за садом, упрашивает хозяина оставить дерево ещё на один год, пока он особым образом не поухаживает за смоковницей, дабы она, наконец, принесла свои плоды. В роли виноградаря в этой притче выступает Сам Иисус Христос, Который был поставлен Небесным Отцом блюсти Его виноградник, то есть церковь. Уход же, который обещает произвести виноградарь, сводится к окапыванию дерева и обкладыванию его навозом. Надежда ходатая в том, что в результате хорошего ухода смоковница даст свой плод. Но если этого вдруг не произойдет, то виноградарь, который вступился за смоковницу, теперь уже сам соглашается с хозяином, что такое дерево необходимо срубить и выбросить, чтобы не тратить на него то, что можно отдать другим нуждаю­щимся деревьям.

Что же в нашем случае означает окопать и обложить навозом? Почему не сказано, что виноградарь просто берется с осо­бой заботой ухаживать за деревом? С точки зрения агрономии окопать значит окружить дерево земляной преградой, для того чтобы питательные вещества из навоза, которым затем будет обложено дерево, не разлились по поверхности, а благодаря поливу более точно и целенаправленно дошли до корневой си­стемы этого дерева. Нередко бывает так, что если человек за­стревает в младенчестве или застаивается на каком-либо этапе своего развития, не говоря уже об отходе назад, в его жизни вдруг начинают появляться преграды, неприятности и испы­тания, которые поначалу кажутся не радостью, а каким-то на­возом, который кто-то сверху подкидывает. Но как лекарство, оказываясь зачастую горьким и неприятным, несет в себе из­бавление от болезни, так и испытания, которые допускает в на­шей жизни Господь, помогают нам опомниться и выздороветь от духовной болезни.

Если человек все ещё не потерян, то у него начина­ется переплавка и борьба с самим собой. У мудрого человека с нелицемерным сердцем подобный этап жизни неизбежно за­канчивается победой и благословением. Давид хорошо гово­рил о таких людях в своих псалмах: «Проходя долиною плача, они открывают в ней источники, и дождь покрывает ее благословением» (Пс. 83:7). Прибегая в конце концов к Богу и находя в Нем источники сил, такой человек пробуждается от сна, и перед ним откры­ваются новые цели и путь правды, ведущий к этим целям. Так, используя испытания как возможность встать на путь правды, этот человек начинает плодоносить для Бога.

Интересный текст мы находим в Книге Левит, когда читаем Божьи указания для входящих в обетованную землю Израиль­тян: «Когда придете в землю, которую Господь Бог даст вам, и посадите какое-либо плодовое дерево, то плоды его почитайте за необрезанные; три года должно почитать их за необрезанные, не должно есть их; а в четвертый год все плоды его должны быть посвящены для празднеств Господних. В пятый же год вы можете есть плоды его и собирать себе все произведения его. Я Господь, Бог ваш» (Лев.19:23–25). Здесь практически идёт речь о том же сроке, что и в притче со смоковницей. Говоря о сроках прине­сения плода, Господь дает человеку, как хозяину земли, право требовать то же самое и от обычных плодовых деревьев. В этом есть некая пророческая аналогия с притчей, которую рассказал Иисус Христос, но с одной лишь разницей: здесь появляется пятый год. Первые три года дерево считается как необрезан­ное, то есть непосвященное. Все это время, оказавшись в но­вом для себя обществе, дерево как бы привыкает и окончатель­но расстается с прежним своим языческим состоянием. Срок освящения, когда плоды, наконец, становятся пригодными не только для Божьего народа, но и для Самого Господа, так­же равняется трем годам. Поэтому считается, что на четвертый год дерево начинает приносить первые плоды, а поскольку это первенцы, то по закону они должны быть принесены Богу. И только на пятый год владельцам дается право есть от этих деревьев.

«Посему бодрствуйте, памятуя, что я три года день и ночь непрестанно со слезами учил каждого из вас. И ныне предаю вас, братия, Богу и слову благодати Его, могущему назидать вас бо­лее и дать вам наследие со всеми освященными» (Деян. 20:31,32). Все очень просто, единственное стремление Павла было в том, чтобы мы как можно быстрее вышли на самостоятельный путь развития с Богом, Который может дать несравненно больше, чем любой, даже самый мудрый человек. Только тот, кто по­знал Бога лично, может быть управляем и назидаем Самим Господом. Такой человек из младенца, который нуждается в человеческом руководстве, превращается во взрослого посвя­щенного Богу мужа, который теперь благодаря своей правед­ной жизни может наставлять других и быть лидером для вновь обращенных. Ограничив этот срок тремя годами, Павел обо­значает предел учительства для него, после чего человек может уверенно встать на собственный путь правды и примкнуть ко всем освященным.

Итак, видно, что этот срок не жесткий, но он есть и варьируется в пределах от одного года как это было в притче о смоковнице до пяти лет. Слово Божье не призы­вает нас к тому, чтобы мы начали требовать от человека таких вещей, которые он не может сделать, даже если вдруг прошел этот срок. Причиной затянувшегося младенчества может ока­заться все что угодно, начиная от такой серьезной проблемы, как демоническая зависимость, когда уже необходима работа по освобождению человека, до типичного заблуждения, ког­да требуется лишь донести свет истины, который и освободит человека. Будет страшной ошибкой, если людей начать при­нуждать, загоняя их в какие-то рамки, и при этом упорно за­бывать о своем духовном состоянии. Также нельзя забывать, что духовное развитие у людей происходит по-разному и за­висит от стартовой позиции человека и траектории его подъ­ема, которая обуславливается всевозможными жизненными обстоятельствами, в которых находится человек. Например, одно дело человек, родившийся и воспитанный в христиан­ской семье, другое дело — тот, кто пришел из низов, причём не имеет ни единого класса образования, да ещё зависим от ал­коголя или наркотиков. Первый к моменту своего осознанного выбора уже знает Библию, никогда не воровал и без проблем может уступить, скажем, место в автобусе, второй, выбрав Хри­ста, вынужден начинать борьбу с самых элементарных вещей и подниматься, освобождаясь по пути от немалого груза греха и его последствий. Поэтому если такой человек через год пере­стает пить, избавляется от мата и устраивается на работу, через два года уже может удержаться от зла и прошлых соблазнов, а через три сам способен разобрать Библию и молиться, то это явная победа и очевидный рост, который свидетельствует о том, что дерево приносит плоды. Как может выглядеть на его фоне второй человек, можете предположить уже сами.

Итак, подводя итог всему сказанному в этой главе, хотелось бы привлечь ваше внимание к первостепенному, а именно: к способности обращать взор своего искания на собственный внутренний мир, дабы, преодолев младенчество, в дальней­шем быть способными прийти на выручку другим, запутав­шимся в этой проблеме. Поэтому, если вы заметили в своей жизни то, о чём мы говорили выше, то впору тогда задать себе вопрос: а не болею ли я духовным младенчеством? И если да, то необходимо успеть исправить свое собственное духовное по­ложение чтобы с вами не случилось того, о чём некогда пред­упреждал апостол Петр: «Лучше бы им не познать пути правды, нежели познавши возвратиться назад от преданной им святой заповеди. Но с ними случается по верной пословице: пес возвраща­ется на свою блевотину, и вымытая свинья идет валяться в грязи» (2 Пет. 2:21,22).

«Ибо... вам надлежало быть…»

«Вас же, овцы Мои, — так говорит Господь Бог — вот, Я буду судить между овцою и овцою, между бараном и козлом» (Иез. 34:17). Как только разговор заходит о пастве, с самого на­чала обращает на себя внимание тот факт, что Пастырь для суда подразделил Свое стадо на три категории: овец, баранов и коз­лов. Что интересно, заявляя о суде между бараном и козлом, Господь не объясняет нам, в чем заключается причина такого суда, несмотря на то, что далее Он весьма доходчиво раскрывает проблему отно­шений между овцами. На мой взгляд, все потому, что причина заключается в самом факте присутствия в стаде козла. Дело в том, что баран, будучи овцой мужского пола, по своему при­родному положению является лидером в определенном круге. Так всегда было и так должно быть: все стадо по причине боль­шого количества начинает делиться на небольшие группы, в каждой из которых обязательно должен быть свой лидер. Этот принцип успешного существования общества заложен во всех эффективных организациях на земле.

Отложим на несколько минут разговор о баранах и козлах и поговорим о принципе. На самом деле этот принцип не яв­ляется идеальным для новой Церкви, исполнен­ной Святым Духом. Господь давно уже показал Свое намерение создать возрожденный народ таким образом, чтобы каждый в конечном счете был водим посредством Духа Святого лишь одним Пастырем Иисусом Христом. Но из-за нашей духов­ной немощи мы имеем то, что создавалось ещё при Моисее, когда священник Мадиамский Иофор, заметив, что Моисей, являясь вождем народа, не справляется со всевозрастающи­ми трудностями, посоветовал ему поставить так называемых тысяченачальников, стоначальников, пятидесятиначальни­ков и десятиначальников. Это был хороший совет, потому что должен быть кто-то, кто помогал бы Моисею вести все дела, связан­ные с Божьим народом. Но это был совет не от Бога, оттого данное решение и стало для Израильского народа как бы ми­ной замедленного действия, заложенной в отношения между ними и Богом. Замысел Бога было решено воплотить в жизнь человеческими методами. Такую форму самообмана можно на­звать компромиссом между Божьей волей и человеческим про­тивлением. Вследствие такого странного компромисса на долю все более и более отступающего Израильского народа выпало немало бед и страданий. Однако ещё большая трагедия заклю­чается в том, что и по сей день в устройстве Церкви мы видим все тот же старый подход компромисса, то есть не изменилось главное отношение между Богом и человеком и, как след­ствие, отношение между человеком и человеком.

Какая же во всём этом была заложена несостоятельность? Те, кто испытал на себе действие Духа Святого, знают: одно дело, когда организующей силой в человеке является Дух Свя­той, и другое, когда человека организовывает закон, как это было во времена Ветхого Завета. Закон делает людей подза­конными или, другими словами, их дух становится подчинен­ным букве. Однако рожденный свыше человек благодаря Духу Святому сам как бы изнутри становится законным, потому что Христос вселяется в его сердце, и, как написано в 3-й главе Второго послания к Коринфянам, заповеди становятся запи­санными уже не где-то на каменных скрижалях Моисея или в книге, а «на плотяных скрижалях сердца». Таким образом, упо­вание на закон неминуемо приводит к законничеству, когда на одно правило появляется другое, теперь уже человеческое, что скорее отводит от Христа, нежели ведет к Нему. Именно по­средством таких человеческих правил и стала возможна неза­метная адаптация Божьей воли к людским слабостям, что, по существу, явилось хитрым способом приспособленчества ко греху. В этом нет никакого прогрессивного движение к Богу, на­оборот, мы видим на примере Израиля, как это приводит лишь к разрушению.

Отказавшись общаться с Богом, Израиль тем не менее не перестал нуждаться в организации своего общества. Поэтому его лидеры нашли альтернативный вариант поддержания по­рядка в виде жесткой вертикали подчиняющей одного человека другому, несмотря на то, что Бог Сам лично хотел направлять Свой народ без участия множества посредников и законов. «Вот завет, который завещаю дому Израилеву после тех дней, говорит Господь: вложу законы Мои в мысли их и напишу их на сердцах их, и буду их Богом, а они будут Моим народом. И не бу­дет учить каждый ближнего своего и каждый брата своего, гово­ря: познай Господа; потому что все, от малого до большого, будут знать Меня. Потому что Я буду милостив к неправдам их, и гре­хов их и беззаконий их не воспомяну более» (Евр. 8:10–12).

Современная церковь в своей основной массе продолжа­ет использовать этот старый принцип не только по отношению к новообращенным, которые бесспорно до определенного времени нуждаются в руко­водстве, но и ко всему, что происходит в ней. А это уже Ветхий Завет. Из-за этого церковь становится похожа, скорее, на под­разделение какого-нибудь мирского заведения, чем на подраз­деление Царства Небесного на земле. Как бы то ни было, мы имеем то, что имеем, и уязвимая в своем основании система всегда будет давать сбой, а значит, ее необходимо исправлять. По этой причине мы обязательно должны принимать все об­личения от Господа, как те, что мы читаем в 34-й главе Книги Иезекииля, и прилагать максимальные усилия, чтобы испра­вить все ошибки и заблуждения до тех пор, пока Христос, на­конец, не создаст из нас святую, без пятна и порока Церковь.

Итак, лжепророки появляются потому, что есть пророки; горе-пастыри появляются потому, что есть пастыри; козлы в стаде появляются потому, что есть бараны. Описывая извечную тяжбу барана и козла, народная поговорка гласит: «бился ба­ран с козлом, помутилась вода с песком». В основе отношений между бараном и козлом, упомянутых пророком Иезекиилем, лежит борьба за влияние, или все та же конкуренция. Только на главную роль претендует не баран, который по данной от Бога природе обязан блюсти порядок, а козел, пытающийся перехватить инициати­ву в среде подопечных барану овечек. Несмотря на коварные желания козла, это, прежде всего, проблема барана, потому что именно он позволил появиться в своем стаде козлу. Пропустил ли он момент появления козла, либо сам из-за своего безволия и безынициативности сдал свои позиции, неважно. Важно то, что все это выглядит весьма удручающе, и Господь неминуемо спросит как с барана, так и с козла. Здесь следует понимать, что речь не идёт о появлении нового «горящего огнем» лиде­ра взамен старого «барана», сбившегося с пути правды. Нет, здесь говорится о появлении корыстного, преследующего свои интересы самозванца, нагло или хитро входящего в дом, по­давляющего Духа Святого и попирающего учение Христа. «Ибо вкрались некоторые люди, издревле предназначенные к сему осуж­дению, нечестивые, обращающие благодать Бога нашего в повод к распутству и отвергающиеся единого Владыки Бога и Господа нашего Иисуса Христа» (Иуд.1:4).

Обращаясь к овцам, Господь в 34-й главе Книги Иезеки­иля продолжает: «Разве мало вам того, что пасетесь на хоро­шей пажити, а между тем остальное на пажити вашей топче­те ногами вашими, пьете чистую воду, а оставшуюся мутите ногами вашими, так что овцы Мои должны питаться тем, что потоптано ногами вашими, и пить то, что возмущено ногами вашими? Посему так говорит им Господь Бог: вот, Я Сам буду судить между овцою тучною и овцою тощею. Так как вы толка­ете боком и плечом, и рогами своими бодаете всех слабых, доколе не вытолкаете их вон, то Я спасу овец Моих, и они не будут уже расхищаемы, и рассужу между овцою и овцою» (Иез. 34:18–22). Для того чтобы понять, почему у овец появилось такое, мягко говоря, странное поведение, давайте разберемся, прежде все­го, с вопросом, о каких именно овцах говорит Господь, когда обличает Свою паству? Безусловно, речь не идёт о всем стаде разом. В 20-м стихе Бог конкретно указывает, кого Он будет су­дить за столь наглое и распущенное поведение, называя таких овец тучными, или разжиревшими, как это было сказано выше в 16-м стихе той же главы. Но ещё выше, в 3-м стихе все той же 34-й главы, мы видим, что овцы, названные откормленными, представлены уже в положительном свете. Что это за подмена понятий? Неужели Слово Божье ошиблось, представив нам од­них и тех же овец по-разному? Безусловно, нет. Если быть вни­мательным, то можно заметить, что Господь, достаточно метко характеризуя этих овец, дает им своеобразные названия. Читая о тучной и разжиревшей овце, мы, в первую очередь, представ­ляем ее себе толстой, наглой и ленивой, но когда мы читаем об откормленной овце, то перед нами предстает совершенно иной образ: овца, набравшаяся сил, чтобы идти дальше (о чем мы уже подробно говорили выше).

Тем не менее подозрения в родственной близости этих овец возникают неслучайно. Действительно, дистанция между от­кормленной и разжиревшей овцой невелика. Дело в том, что очень быстро и незаметно откормленная овца может перейти из своего нормального состояния в состояние ожирения. Если в питании вовремя не остановиться, тем более в том, которое может развратить, то хорошее состояние сытости мгновен­но может обратиться в неприятное состояние пресыщения. Так произошло с церковью в Коринфе, которую апостол Па­вел был вынужден в своем послании обличать следующими словами: «Вы уже пресытились, вы уже обогатились, вы стали царствовать без нас. О, если бы вы и в самом деле царствовали, чтобы и нам с вами царствовать!» (1 Кор. 4:8). Из-за своего пресыщения церковь превратилась в сборище людей, которые мудрствуют без меры и понимают власть как господство над себе подобными, из-за чего и превозносятся друг над другом (1 Кор. 4:6). Желание оставаться безответственными младен­цами превратило их богатство, которым они должны были на­чать делиться с другими, в ничего не значащее пустословие.

При каких обстоятельствах происходит такая ужасающая метаморфоза? Когда я задался этим вопросом, Господь в ответ указал мне место Писания, где апостол Павел поднимает очень серьезную для церкви проблему, напрямую связанную с этим вопросом. «О сем надлежало бы нам говорить много; но труд­но истолковать, потому что вы сделались неспособны слушать. Ибо, судя по времени, вам надлежало быть учителями; но вас снова нужно учить первым началам слова Божия, и для вас нужно молоко, а не твердая пища. Всякий, питаемый молоком, несве­дущ в слове правды, потому что он младенец; твердая же пища свойственна совершенным, у которых чувства навыком приуче­ны к различению добра и зла» (Евр. 5:11–14). Я не случайно про­цитировал этот текст из послания Павла с 11-го стиха, где он, раскрывая непростую тему, связанную с Мелхиседеком, вдруг останавливается и вспоминает, что его слушатели, оказывается, стали неспособны слушать такие серьезные вещи. Уровень про­блем, в тисках которых оказалась церковь, и о которых неожи­данно вспоминает Павел, все равно не даст им возможности по­стичь нечто высокое, о чём стал было рассуждать апостол. Пока они не разрешат главного, что мешает им двигаться дальше, и не повзрослеют для следующего шага, бесполезно говорить о высоких материях, что окружают нас, и духовных глубинах.

Проблему, из-за которой овцы не только сделались неспо­собными слушать, но и потеряли слово правды, Павел именует духовным младенчеством — это когда человек по времени дав­но уже должен стать взрослым тружеником, а он по-прежнему хочет оставаться младенцем-потребителем. Но кем бы ни был человек, взрослым или младенцем — он никогда не переста­нет нуждаться в реализации собственных сил. Оттого потеряв­шие слово Божье и сбившиеся с пути правды овцы и начинают топтать, возмущать, толкать и бодать своих ближних, пытаясь таким младенческим способом найти применение своим си­лам. Нет предела совершенству, поэтому как младенец, так и зрелый в Господе человек, в основном, тратит силы на свой ду­ховный рост. Только если младенцу в качестве основного пи­тания необходимо молоко, то взрослому человеку, по словам Павла, уже твердая пища. Апостол, обращаясь в своем посла­нии к церкви, говорит: «Ибо, судя по времени, вам надлежало быть учителями». Первая и, по сути, единственно оправданная цель применения полученных на злачных пажитях сил это учительство, но не простое, в словах и рассуждениях, а препо­данное, прежде всего, через дела собственной жизни. Учитель в его понимании это человек совершенный, который уже может учить других и помогать им, потому что он осознал свое предназначение благодаря полученным в личных отношениях со Христом наставлениям в правде. То, в чем он по-настоящему сможет себя реализовать, определяется исполнением правды, без которой теперь совершенный человек не представляет сво­ей жизни. Это для него как пища забери у такого человека правду, и он как личность погибнет.

Если же человек все ещё наставляем и питаем другими, а в его жизни нет собственного опыта различения добра и зла, то он находится в состоянии духовного младенчества. Таким человеком зачастую руководят чувства и эмоции, которые в случае с совершенным человеком уже приучены действовать не ради удовлетворения собственного эго, а ради различения добра и зла глазами Бога, что крайне необходимо для испол­нения правды. Мы должны уметь различать, навредит ли нам в отношениях со Христом то, что предлагает нам жизнь, или нет, а также уметь чувствовать, будет ли то, что мы делаем, яв­ляться добром для окружающих, или это будет злом. Может случиться и так, что «милость», которую мы проявляем к кому- то, лишь только поощрит его грех, а «твердость», которой мы стараемся придерживаться, разрушит в человеке последнюю надежду на любовь. Кто нам подскажет, как нам правильно по­ступать? Возможно, кто-то ответит, что Дух Святой подскажет. Безусловно, ибо ничего не можем без Господа, но давайте по­смотрим на мотивы. Не надеемся ли мы таким путем заменить работу, в результате которой в нас должен появиться тот самый духовный опыт, на некую добрую сказочную силу, которая вела бы нас, как добрая фея? Это уже попахивает христианской ми­стикой. Лишь только Дух Святой определяет, когда и как Ему говорить, и не наше право, особенно при отсутствии желания трудиться над собой, надеяться на «волшебные» подсказки с Неба. Такое «общение» с Господом, если бы оно было возмож­но, привело бы нас лишь к духовной деградации и духовному паразитированию, в результате чего мы бы попали под оболь­щение гордости.

Если мы постигаем жизнь с ее радостями и испытаниями как то, что имеет причину и следствие в контексте Божьего за­мысла, мы приобретаем колоссальный опыт веры, надежды и любви. Этот опыт, который можно назвать навыком жизни, начинает приходить к нам на помощь как некое новое чувство, способное различить добро и зло. Оно же, а точнее его прояв­ление служит для нас и для окружающих нас людей индикато­ром духовной зрелости, почему апостол Павел и сумел заме­тить данную проблему у еврейской церкви. Однако чувства не просто приучаются, словно их выдрессировали, в этом нет никакого смысла должна измениться сама их мотивация. Слово Божье говорит: «Итак, если есть какое утешение во Хри­сте, если есть какая отрада любви, если есть какое общение духа, если есть какое милосердие и сострадательность, то дополните мою радость: имейте одни мысли, имейте ту же любовь, будьте единодушны и единомысленны; ничего не делайте по любопрению или по тщеславию, но по смиренномудрию почитайте один друго­го высшим себя. Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других. Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Флп. 2:1–5). Прежде чем что-то сделать, не­обходимо это возжелать или прочувствовать сердцем, как это было в жизни Христа, то есть не быть лицемером. Например: не имея сил справиться с обидой, от всего сердца желать про­щения или же, не испытывая любви, искренне стремиться к ней, и тогда наши чувства навыком будут приучены восприни­мать все через Христово сердце. Перефразируя одну поговорку, можно сказать так: Христос навык и нам велел. Что говорить о нас, если Сам Спаситель, в Своей жизни претерпев, был на­учен послушанию: «хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию» (Евр. 5:8) (слово «навык» здесь выступает в роли глагола).

Отсюда следует вывод: то, что некогда наставляло тебя и служило поддержкой, давая силы к новой жизни, теперь для тебя становится пищей, но не простой, как это было в мла­денчестве, когда ничего не нужно было жевать, а твердой, для которой необходимо приложить какие-то усилия, чтобы на­сытиться. Именно из такого труда состоит подавляющая часть пути правды, и именно это имел в виду Иисус, когда говорил о конечном пункте такого пути: «От дней же Иоанна Крести­теля доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11:12). Хотелось бы добавить, что как невозможно представить жизнь младенца без молока, так невозможно представить жизнь окрепшего в Боге человека без служения. Перед нами всегда есть пример жизни Иисуса Хри­ста. Если вдруг каким-то образом отнять у Него служение и весь Его труд, благодаря которому мы были спасены, то Христос перестанет быть Тем, Кем Он является. Служение для Христа было тем же, что пища, Он жил этим и не мыслил Себя без это­го. Хороший тому пример мы видим в Евангелии от Иоанна, когда благодаря разговору Спасителя с одной женщиной ко Христу пришел весь город, а возвратившиеся ученики, кото­рые незадолго до этого отправились за едой, никак не могли взять в толк, что такое могло произойти, от чего Иисус оказал­ся сытым. «Между тем ученики просили Его, говоря: Равви! ешь. Но Он сказал им: у Меня есть пища, которой вы не знаете. По­сему ученики говорили между собою: разве кто принес Ему есть? Иисус говорит им: Моя пища есть творить волю Пославшего Меня и совершить дело Его» (Ин. 4:31–34). Это и есть твердая пища или тот самый путь правды, о котором Иисус говорил ещё Иоанну Крестите­лю, выходя на Свое служение, творить волю Пославшего и совершать дело Его. Поэтому для нас, чтобы перейти из мла­денческого состояния в настоящую взрослую жизнь человека, в сердце которого живет Христос, требуется нечто подобное.

Что же в таком случае из себя представляет молоко? Мо­локо это первые начала Слова Божьего, или начатки учения Христова, как говорит Павел в конце 5-й и начале 6-й главы Послания к Евреям, продолжая обличать Церковь в младенче­стве: «Посему, оставивши начатки учения Христова, поспешим к совершенству; и не станем снова полагать основание обращению от мертвых дел и вере в Бога, учению о крещениях, о возложе­нии рук, о воскресении мертвых и о суде вечном. И это сделаем, если Бог позволит» (Евр. 6:1–3). Безусловно, восприятие любой истины со временем притупляется и нуждается в обновлении, однако Павел не об этом пытается сказать. Говоря «поспешим к совершенству», он, прежде всего, призывает нас начать при­менять в жизни те истины, которые мы уже постигли, изучая Слово Божье. Но в таком случае становится крайне непонятно, почему, учась уже немалое время, человек так и не начинает использо­вать на практике то, что он постиг за прошедшее время? По­чему в его жизни так и не видны дела веры, зато по-прежнему правят дела мира? Почему до сих пор человек не задумался о посвящении, и не знает о той власти, которая дарована ему во Христе Иисусе? Почему эти люди, по словам Павла, живут так, как будто нет надежды на воскресение, и они ни разу не слы­шали о том, что за все в жизни придется отвечать перед Правед­ным Судьей (учение о воскресении мертвых и о суде вечном)? Познав истину и прощение Бога, приняв Духа Святого, а также «вкусивши благого глагола Божия и сил будущего века», то есть любви Бога и Его церкви, эти люди продолжают оставаться та­кими же потребителями, как и были в начале своего пути, вме­сто того чтобы превратиться в даятелей, несущих людям свет.

В чем сокрыты причины этой проблемы? В одном из двух: возможно, это лукавство и в стадо вкрались волки в овечьей шкуре, о которых пишет Павел во Втором послании к Тимо­фею, раскрывая истинное нутро таких людей: «Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие. Ибо люди будут са­молюбивы, сребролюбивы, горды, надменны... предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы, имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся. Таковых удаляйся... всегда учащихся и никогда не могущих дойти до познания исти­ны» (2 Тим. 3:1–2, 4–5,7). Если это действительно так, то вот короткий совет — «таковых удаляйся». А, быть может, это та самая болезнь хронического младенчества, о чём и рассуждает апостол Павел в Послании к Евреям. Но это тоже не лучший вариант. Если с такой болезнью не справиться вовремя, то, по словам Павла, придет не что иное, как отступление. Как бы эта новость ни шокировала нас – это факт. И чтобы убедиться в этом, давайте прочитаем, о чём пишет апостол дальше: «Ибо невозможно — однажды просвещенных, и вкусивших дара небесного, и соделав­шихся причастниками Духа Святого, и вкусивших благого глагола Божия и сил будущего века, и отпадших, опять обновлять покая­нием, когда они снова распинают в себе Сына Божия и ругаются Ему» (Евр. 6:4–6).

Если переложить всю эту мысль Павла на современный язык, то мы увидим следующее: «Судя по времени, вы должны быть уже учителями и помогать другим, но до сих пор, как младен­цы, сами нуждаетесь в заботе. Вам с вашим багажом того, что вы уже приобрели, необходимо оставить это младенчество, которое выглядит, по меньшей мере, очень странно. Рас­считывая на помощь и заботу других, вы до сих пор не можете самостоятельно различить ни добра, ни зла. В вас нет ни еди­ного желания познать волю Божью, дабы встать на путь правды и исполнить свое призвание. Вы похожи на незрелые яблоки осенью, которые выглядят, вроде, как яблоки, но от них нет никакого толку. Отвернувшись от Христа и попав под оболь­щение, вы не собираете для Бога, а расточаете. Можно ли вер­нуть назад тех, кто думает, что с ними все в порядке? Нет, их практически невозможно вернуть на путь раскаяния, ибо они вновь распинают Сына Божьего и при всех подвергают Его унижению». «Каким образом, — спросите вы, — они подверга­ют унижению Сына Божьего?» Тем, что извращают своим по­ведением Евангелие и подвергают унижению своих меньших братьев и сестер. Иисус говорит: «…истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сде­лали Мне» (Мф. 25:40).

Пророк Осия, предрекая неизбежную расплату за грехи, так говорит о духовной инфантильности своего народа: «Муки родильницы постигнут его; он — сын неразумный, иначе не сто­ял бы долго в положении рождающихся детей» (Ос. 13:13). По­стоянное положение в состоянии рождающегося младенца так же неестественно, как и положение откормленного, обу­ченного, но не желающего работать человека. Откормленные, но не вступившие на стези правды овцы не могут трудиться на Божьей ниве. А отсутствие должной работы в жизни ведет к ожирению. Поэтому, несмотря на то, что эти овцы находят­ся в Божьем стаде, они становятся тучными, ленивыми, эго­истичными, и первое, что заплывает жиром, это их сердце. Но даже и в этом случае энергия таких овец все равно куда-то должна реализоваться. Правда, зачастую она начинает уходить не на созидание, где необходимо приложить труд и собствен­ную жертву, а на разрушение, когда преобладает желание уго­дить себе или заставить кого-то трудиться вместо себя, нежели взять инициативу и ответственность в свои руки. Поэтому-то борьба за теплое место под солнцем, неприкосновенный по­кой и зону комфорта нередко доходит до состояния, которое описал пророк Иезекииль: «Посему так говорит им Господь Бог: вот, Я Сам буду судить между овцою тучною и овцою тощею. Так как вы толкаете боком и плечом, и рогами своими бодаете всех слабых, доколе не вытолкаете их вон» (Иез. 34:20,21). Как правило, жертвой за все неудачи у тучной овцы так же, как и у горе-пастырей, становится кто угодно, но только не они сами. Те, кто должен был подавать пример, показывая собой Христа, на самом деле претыкают своей жизнью других овечек, которые смотрят и, вполне возможно, страдают от них. Мутится живая вода, втаптывается в грязь хлеб насущный, который есть уче­ние Христово, так что другим достается уже искаженная исти­на и запятнанное христианство, которое впоследствии может лишь привести к отвращению и отпугнуть их от Бога. «Разве мало вам того, что пасетесь на хорошей пажити, а между тем остальное на пажити вашей топчете ногами вашими, пьете чи­стую воду, а оставшуюся мутите ногами вашими, так что овцы Мои должны питаться тем, что потоптано ногами вашими, и пить то, что возмущено ногами вашими?» (Иез. 34:18,19).

Если вновь вспомнить проблему коринфян, о которых Па­вел в своем послании пишет, что они уже пресытились и обога­тились, то причину, которая привела к отступлению и блуду не­которых из них, мы можем увидеть в грехе пресыщения: «Есть верный слух, что у вас появилось блудодеяние, и притом такое блудодеяние, какого не слышно даже у язычников, что некто вме­сто жены имеет жену отца своего» (1 Кор. 5:1). Итак, оказы­вается, мы имеем дело с довольно опасной болезнью, которая приводит Божий народ к самому страшному, что может слу­читься в жизни верующих людей, отступлению и ещё более изощренному греху.

Сначала отступление не видно, но оно уже есть, потом оно начинает расти, толкаться и превозноситься и в итоге приводит человека к своей крайней степени открытого согрешения блуду. К тому же эта болезнь, если ее запустить, крайне плохо лечится, ибо Слово Божье говорит нам, что «не­возможно отпавших, опять обновлять покаянием». Дело в том, что даже если подвести такого человека к покаянию, велика вероятность того, что это для него так и останется очередным учением начатков, которые он привык глотать, словно пилюли, для успокоения, а не истиной, которой необходимо начать жить. Но как же выбраться из этой тупиковой ситуации? Безусловно, всегда есть милость возлюбившего нас Бога, Который силен спасти в любых обстоятельствах. Но чтобы не попасться на эту хитрую дьявольскую приманку младенчества, нам прежде не­обходимо обратить свое внимание на предупреждение, кото­рое дает Бог.

«И сказал сию притчу: некто имел в винограднике своем по­саженную смоковницу, и пришел искать плода на ней, и не нашел; и сказал виноградарю: вот, я третий год прихожу искать плода на этой смоковнице и не нахожу; сруби ее: на что она и землю за­нимает? Но он сказал ему в ответ: господин! оставь ее и на этот год, пока я окопаю ее и обложу навозом: не принесет ли плода; если же нет, то в следующий год срубишь ее» (Лк. 13:6–9). Дере­во на языке Библии означает человека. Поэтому когда Иисусрассказывал свою притчу о смоковнице он, конечно, имел в виду нас людей. Под плодом же всегда подразумевался ре­зультат нашей праведной жизни, которую, если вспомнить то, о чём мы говорили выше, можно иметь, лишь следуя путем правды. Господь — хозяин виноградника, Он же Творец и Создатель законов и самой жизни, Который прекрасно пони­мает, что от одного года до трех лет вновь посаженное дерево не в состоянии будет дать спелого плода, так как ему нужно набраться сил и крепости. Данное состояние аналогично мла­денческому периоду развития ребенка. Но, подчеркиваю, Бог устроил так, что плодовое дерево обязательно должно начать приносить плоды, и для некоторых деревьев это может прои­зойти даже раньше, чем три года, потому виноградарь и приходит три года подряд в надежде увидеть хоть какой-нибудь плод. И вот когда на третий год хозяин виноградника, опять не находит на дереве плода, он весьма негодует, потому что уже вправе ожидать от дерева, растущего в его винограднике, плод. Виноградарь же, который был поставлен блюсти и ухаживать за садом, упрашивает хозяина оставить дерево ещё на один год, пока он особым образом не поухаживает за смоковницей, дабы она, наконец, принесла свои плоды. В роли виноградаря в этой притче выступает Сам Иисус Христос, Который был поставлен Небесным Отцом блюсти Его виноградник, то есть церковь. Уход же, который обещает произвести виноградарь, сводится к окапыванию дерева и обкладыванию его навозом. Надежда ходатая в том, что в результате хорошего ухода смоковница даст свой плод. Но если этого вдруг не произойдет, то виноградарь, который вступился за смоковницу, теперь уже сам соглашается с хозяином, что такое дерево необходимо срубить и выбросить, чтобы не тратить на него то, что можно отдать другим нуждаю­щимся деревьям.

Что же в нашем случае означает окопать и обложить навозом? Почему не сказано, что виноградарь просто берется с осо­бой заботой ухаживать за деревом? С точки зрения агрономии окопать значит окружить дерево земляной преградой, для того чтобы питательные вещества из навоза, которым затем будет обложено дерево, не разлились по поверхности, а благодаря поливу более точно и целенаправленно дошли до корневой си­стемы этого дерева. Нередко бывает так, что если человек за­стревает в младенчестве или застаивается на каком-либо этапе своего развития, не говоря уже об отходе назад, в его жизни вдруг начинают появляться преграды, неприятности и испы­тания, которые поначалу кажутся не радостью, а каким-то на­возом, который кто-то сверху подкидывает. Но как лекарство, оказываясь зачастую горьким и неприятным, несет в себе из­бавление от болезни, так и испытания, которые допускает в на­шей жизни Господь, помогают нам опомниться и выздороветь от духовной болезни.

Если человек все ещё не потерян, то у него начина­ется переплавка и борьба с самим собой. У мудрого человека с нелицемерным сердцем подобный этап жизни неизбежно за­канчивается победой и благословением. Давид хорошо гово­рил о таких людях в своих псалмах: «Проходя долиною плача, они открывают в ней источники, и дождь покрывает ее благословением» (Пс. 83:7). Прибегая в конце концов к Богу и находя в Нем источники сил, такой человек пробуждается от сна, и перед ним откры­ваются новые цели и путь правды, ведущий к этим целям. Так, используя испытания как возможность встать на путь правды, этот человек начинает плодоносить для Бога.

Интересный текст мы находим в Книге Левит, когда читаем Божьи указания для входящих в обетованную землю Израиль­тян: «Когда придете в землю, которую Господь Бог даст вам, и посадите какое-либо плодовое дерево, то плоды его почитайте за необрезанные; три года должно почитать их за необрезанные, не должно есть их; а в четвертый год все плоды его должны быть посвящены для празднеств Господних. В пятый же год вы можете есть плоды его и собирать себе все произведения его. Я Господь, Бог ваш» (Лев.19:23–25). Здесь практически идёт речь о том же сроке, что и в притче со смоковницей. Говоря о сроках прине­сения плода, Господь дает человеку, как хозяину земли, право требовать то же самое и от обычных плодовых деревьев. В этом есть некая пророческая аналогия с притчей, которую рассказал Иисус Христос, но с одной лишь разницей: здесь появляется пятый год. Первые три года дерево считается как необрезан­ное, то есть непосвященное. Все это время, оказавшись в но­вом для себя обществе, дерево как бы привыкает и окончатель­но расстается с прежним своим языческим состоянием. Срок освящения, когда плоды, наконец, становятся пригодными не только для Божьего народа, но и для Самого Господа, так­же равняется трем годам. Поэтому считается, что на четвертый год дерево начинает приносить первые плоды, а поскольку это первенцы, то по закону они должны быть принесены Богу. И только на пятый год владельцам дается право есть от этих деревьев.

«Посему бодрствуйте, памятуя, что я три года день и ночь непрестанно со слезами учил каждого из вас. И ныне предаю вас, братия, Богу и слову благодати Его, могущему назидать вас бо­лее и дать вам наследие со всеми освященными» (Деян. 20:31,32). Все очень просто, единственное стремление Павла было в том, чтобы мы как можно быстрее вышли на самостоятельный путь развития с Богом, Который может дать несравненно больше, чем любой, даже самый мудрый человек. Только тот, кто по­знал Бога лично, может быть управляем и назидаем Самим Господом. Такой человек из младенца, который нуждается в человеческом руководстве, превращается во взрослого посвя­щенного Богу мужа, который теперь благодаря своей правед­ной жизни может наставлять других и быть лидером для вновь обращенных. Ограничив этот срок тремя годами, Павел обо­значает предел учительства для него, после чего человек может уверенно встать на собственный путь правды и примкнуть ко всем освященным.

Итак, видно, что этот срок не жесткий, но он есть и варьируется в пределах от одного года как это было в притче о смоковнице до пяти лет. Слово Божье не призы­вает нас к тому, чтобы мы начали требовать от человека таких вещей, которые он не может сделать, даже если вдруг прошел этот срок. Причиной затянувшегося младенчества может ока­заться все что угодно, начиная от такой серьезной проблемы, как демоническая зависимость, когда уже необходима работа по освобождению человека, до типичного заблуждения, ког­да требуется лишь донести свет истины, который и освободит человека. Будет страшной ошибкой, если людей начать при­нуждать, загоняя их в какие-то рамки, и при этом упорно за­бывать о своем духовном состоянии. Также нельзя забывать, что духовное развитие у людей происходит по-разному и за­висит от стартовой позиции человека и траектории его подъ­ема, которая обуславливается всевозможными жизненными обстоятельствами, в которых находится человек. Например, одно дело человек, родившийся и воспитанный в христиан­ской семье, другое дело — тот, кто пришел из низов, причём не имеет ни единого класса образования, да ещё зависим от ал­коголя или наркотиков. Первый к моменту своего осознанного выбора уже знает Библию, никогда не воровал и без проблем может уступить, скажем, место в автобусе, второй, выбрав Хри­ста, вынужден начинать борьбу с самых элементарных вещей и подниматься, освобождаясь по пути от немалого груза греха и его последствий. Поэтому если такой человек через год пере­стает пить, избавляется от мата и устраивается на работу, через два года уже может удержаться от зла и прошлых соблазнов, а через три сам способен разобрать Библию и молиться, то это явная победа и очевидный рост, который свидетельствует о том, что дерево приносит плоды. Как может выглядеть на его фоне второй человек, можете предположить уже сами.

Итак, подводя итог всему сказанному в этой главе, хотелось бы привлечь ваше внимание к первостепенному, а именно: к способности обращать взор своего искания на собственный внутренний мир, дабы, преодолев младенчество, в дальней­шем быть способными прийти на выручку другим, запутав­шимся в этой проблеме. Поэтому, если вы заметили в своей жизни то, о чём мы говорили выше, то впору тогда задать себе вопрос: а не болею ли я духовным младенчеством? И если да, то необходимо успеть исправить свое собственное духовное по­ложение чтобы с вами не случилось того, о чём некогда пред­упреждал апостол Петр: «Лучше бы им не познать пути правды, нежели познавши возвратиться назад от преданной им святой заповеди. Но с ними случается по верной пословице: пес возвраща­ется на свою блевотину, и вымытая свинья идет валяться в грязи» (2 Пет. 2:21,22).