«...идущего
ПУТЁМ ПРАВДЫ
Он любит» (Пр. 15:9)
Кто правее

Когда мы рассматриваем какой-либо конфликт, нам, пре­жде всего, следует понимать, что не Бог является его зачин­щиком, а человек, искушаемый собственной похотью или пу­стивший в свое сердце недовольство. Безусловно, родоначаль­ником и автором любого зла и раздора является дьявол, он по природе своей заинтересован в том, чтобы люди со смыслом или вообще без какого-либо смысла уничтожали себя. Он ни­когда не отстаивает интересы ни одной из сторон конфликта, даже если этой стороной являются фашисты, которые задались целью оккупировать всю землю и уничтожить другие наро­ды. Он лишь заинтересован в том, чтобы конфликт как тако­вой был, и люди, ненавидя себя, уничтожали друг друга, дабы его царство все больше и больше пополнялось возлюбленным Божьим творением. Таким образом он желает как можно силь­нее отомстить Богу, до Которого не может дотянуться. Поэтому не так уж и сложно догадаться, что лукавый будет на стороне как одних, так и других участников конфликта, умело раздувая его со всех сторон. И если вновь вернуться к примеру второй мировой войны, мы поймем, что дьявол был не только на сто­роне фашистов или коммунистов, в этой страшной войне он был на стороне всех ее участников, обманывая и искушая лю­дей их же собственной похотью. Технично оперируя этими гре­ховными вожделениями, лукавый активно поддерживал в лю­дях конфронтацию, сталкивая их лбами. «В искушении никто не говори: „Бог меня искушает“; потому что Бог не искушается злом и Сам не искушает никого, но каждый искушается, увле­каясь и обольщаясь собственною похотью; похоть же, зачавши, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть» (Иак. 1:13–15). Смерть — и духовная, и физическая — это тот результат, к ко­торому стремится лукавый, принимая полное участие во всех сторонах конфликта, и вина за это лежит целиком и полностью на тех людях, которые идут на поводу у таких обольщений.

Но как же в таком случае ведет себя Бог? Во-первых, Господь с самого начала даровал людям не просто полную сво­боду, но и ответственность за нее в виде последствий такого выбора. Во-вторых, Господь дал человеку все необходимое, чтобы не пустить в свое сердце повод для конфликта, и все возможности, чтобы противостать дьяволу и потушить кон­фликт, если он вдруг возник. Именно об этом мы говорили во всех предыдущих главах. И, в-третьих, если мы уже участвуем в конфликте, то невозможно сказать, что Бог в равной степе­ни выступает против всех сторон конфликта, как нельзя и ска­зать, что Господь одинаково встанет на сторону того и другого участника конфликта. Такого никогда не будет, потому что в природе не может быть равноудалености сторон конфликта от истины. В любом случае одна из сторон в совокупности своих мотивов будет ближе к явлению правды, нежели другая. «Тогда Ты услышь с неба, и произведи суд над рабами Твоими, обвини ви­новного, возложив поступок его на голову его, и оправдай правого, воздав ему по правде его» (3 Цар. 8:32). Как мы понимаем, ближе к правде необходимо быть не в человеческом понимании этого выражения, как это было у фараона, когда тот отстаивал инте­ресы своего надменного и гордого сердца, а в Божественном смысле, как у Моисея, ибо написано, что сначала надо услы­шать с неба. Да, наш Бог любви — не любитель боев и войн, тем не менее в Слове Божьем мы читаем, что «со мною Господь, как сильный ратоборец; поэтому гонители мои споткнутся и не одолеют; сильно посрамятся, потому что поступали неразум­но» (Иер. 20:11). Зная, что наш Господь — это Бог любви и ми­лосердия, мы никогда не должны забывать и о других сторонах Его многогранного характера. Наш Бог не тот, кто пускает все на самотек, нет, Он Тот, Кто сотворил всю вселенную. Поэтому правда, на которую ежесекундно происходят покушения, нуж­дается в защите, а значит Бог со всей Своей силой будет вы­ступать на ее стороне, чтобы истина не попиралась, как мы уже говорили. Недаром Библия испещрена множеством примеров сражений, конфликтов и войн, в которых принимал участие и наш Господь Саваоф — Бог воинства небесного. «И Он возло­жил на Себя правду, как броню, и шлем спасения — на главу Свою; и облекся в ризу мщения, как в одежду, и покрыл Себя ревностью, как плащем. По мере возмездия, по этой мере Он воздаст про­тивникам Своим — яростью, врагам Своим — местью, островам воздаст должное» (Ис. 59:17,18).

Если разобраться в тех непростых библейских историях, где происходят разного рода столкновения, то мы видим, что конфликт как решение проблемы, учитывая то, что совершили люди из-за своего неразумного и непослушного поведения, за­гнав ситуацию в тупик, порой остается единственно возмож­ным средством. Оттого мы и читаем особенно в Ветхом Завете о таком немалом количестве конфликтов и воин, которые воз­никали либо вследствие отступления Божьего народа от прав­ды, либо вследствие противления или наступления вражеской стороны на правду. Однако Господь не лицеприятен, Он никог­да не становится на сторону того или иного человека, потому что у того сильные мускулы, или он более уважаем, или он на­звался верующим и призывает Его имя. Более того, такое пове­дение верующего может даже усугубить ситуацию, потому что это порочит Божье имя и ещё больше извращает правду. Так случилось с вероломной Иудеей, которая в глазах Бога оказа­лась намного дальше от правды, какую должна была возвещать, нежели давно отступивший и ни на что не претендующий Из­раиль. «И сказал мне Господь: отступница, дочь Израилева, ока­залась правее, нежели вероломная Иудея» (Иер. 3:11). Смысл в другом: Бог — Господин над всем, и Он никогда не занимает чью-то сторону. Бог всегда отстаивает Свою правду, и потому тот, кто ближе находится к исполнению правды, тот будет под­держан Богом, даже если этот человек не ходит в «нужную» церковь или исповедует какую-то непонятную точку зрения. Все познается в сравнении с учетом того, на какой стадии развития находятся отношения человека с Богом. Поэтому спрос с Иудеи, которая являлась на тот момент хранительницей завета с Бо­гом, был намного больше, чем с остальных давно отступивших колен Израиля. Поэтому грех Иудеи, которая должна была знать Бога лучше, чем Израиль, стал в глазах Господа большей неправдой, нежели точно такой же грех Израиля.

Возьмем, к примеру, царя Вавилонского Навуходоносора. К тому времени Божий народ уже давно сошел на богопротив­ные пути и стал противником Божьей воли, несмотря на неод­нократные предупреждения пророков. Поэтому наступление царя Навуходоносора, который направился на Иерусалим, ста­ло отвечать делу правды, которую вознамерился восстановить Бог, дав соответствующее побуждение царю. Истина попира­лась, народ блудил, став врагом Богу, поэтому Навуходоносор, который оккупировал Израильскую землю и увел Божий народ в плен, стал самым настоящим исполнителем Божьей воли, восстанавливающим правду, в отличие от израильтян и иудеев, которые стали препятствовать Навуходоносору в его планах, несмотря на то, что действовали многие Израильтяне исходя из мысли, что они семя Авраамово, а значит, как и в прошлые вре­мена, Господь должен был поборать за них. Именно этим они навлекли на себя ещё большее осуждение и погибли, потому что на самом деле воспрепятствовали Божьей воле, несмотря на то, что их и об этом также предупреждали пророки. Гордость их не дала им принять это как истину, и они серьезно попла­тились за свое решение. Но прошло 70 лет, и Бог вознамерил­ся вернуть Свой народ из плена, как и предсказывал это через своих пророков. В свете этого актуальным станет пример ещё одного Вавилонского царя, исполнившего Божий замысел, — царя Кира, о котором Исаия пророчески говорил: «Я воздвиг его в правде и уровняю все пути его. Он построит город Мой, и отпустит пленных Моих, не за выкуп и не за дары, говорит Го­сподь Саваоф» (Ис. 45:13).

Однажды Петр после невероятного откровения, получен­ного от Бога, сказал: «...истинно познаю, что Бог нелицеприя­тен, но во всяком народе боящийся Его и поступающий по прав­де приятен Ему» (Деян. 10:34,35). Всегда должно быть что-то, что отделяло бы в случившемся столкновении между людьми правого и неправого человека. Петр упомянул здесь два момен­та: человек, боящийся Его и поступающий по правде, приятен Богу. Не может быть разногласий, если у людей совпадают обе эти составляющие, если же произошел конфликт, ищите при­чину. В случае с Навуходоносором Израильский народ, не ис­полнявший правды своей и не боявшийся Бога своего, заранее имел проигрышную позицию, особенно если учесть то, что именно он должен был являть всему миру свет правды. Что же касается Навуходоносора, то он, несмотря на производимую им интервенцию и его принадлежность к языческим народам, явил правду, исполнив Божью волю. Однако если вспомнить историю с царем Ассирийским, произошедшую в момент правления в Иудее угодного Богу царя Езекии, то мы увидим совершенно иную развязку. Царю Ассирийскому Сеннахири­му не просто не удалось овладеть Иерусалимом, он полностью потерял свое войско, которое уничтожил Сам Господь, и по­зорно погиб, покусившись на того, кто боялся Бога и исполнял правду.

Размышляя в Послании к Римлянам о детях Авраамовых, которые не все таковые, потому что не плотские дети при­знаются детьми Божьими, но дети обетования, апостол Павел приводит один любопытный пример с двумя детьми Ревекки, наталкивая нас на одну непростую мысль: «Ибо, когда они ещё не родились и не сделали ничего доброго или худого, — дабы изволение Божие в избрании происходило не от дел, но от При­зывающего, — сказано было ей: „больший будет в порабощении у меньшего“, как и написано: „Иакова Я возлюбил, а Исава воз­ненавидел“. Что же скажем? Неужели неправда у Бога? Никак. Ибо Он говорит Моисею: „кого миловать, помилую; кого жалеть, пожалею“. Итак помилование зависит не от желающего и не от подвизающегося, но от Бога милующего. Ибо Писание говорит фараону: „для того самого Я и поставил тебя, чтобы показать над тобою силу Мою, и чтобы проповедано было имя Мое по всей земле“. Итак, кого хочет, милует; а кого хочет, ожесточает. Ты скажешь мне: „за что же ещё обвиняет? Ибо кто противо­станет воле Его?“ А ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему (его): „зачем ты меня так сде­лал?“ Не властен ли горшечник над глиною, чтобы из той же сме­си сделать один сосуд для почетного употребления, а другой для низкого?» (Рим. 9:11–21).

Мотивы всех поступков Бога нам не понять, тем более на­писано, что спорить в этом плане бесполезно. Однако и в этом сложном вопросе мы не остаемся совсем без ответа. Итак, мы видим, что сначала в качестве примера приводится Иаков, ко­торого Бог возлюбил, затем Исав, которого Он возненавидел, также фараон, которого Бог для того и поставил, чтобы пока­зать над ним Свою силу, и, наконец, речь заходит об изделии. Помимо этого ещё в самом начале текста мы читаем об изво­лении Божьем, которое происходит не от дел человека, а от Самого Призывающего. Вот, оказывается, почему все так стро­го. Представляете, если глина вдруг станет каким-то образом указывать горшечнику, какой сосуд и для каких нужд надобно сейчас сделать? Или мы вдруг будем иметь вес в принятии ре­шений о судьбах мира? Какой хаос тогда начнется — этакий не­передаваемый кавардак с цепной реакцией. Но даже если по­пытаться это представить, боюсь, многих так и не перестанет мучить вопрос, поставленный Павлом: «кого хочет, милует; а кого хочет, ожесточает... так за что же ещё и обвиняет? Ибо кто противостанет воле Его?» Увы, но если подобный вопрос раздражает и не дает покоя, вынужден констатировать, что это признаки сердца, ещё не смирившегося человека перед Богом.

Но что, если человек запутался и действительно желает разобраться? Для таких людей Слово Божье дает вполне исчерпывающее объяснение, почему одни сосуды становятся сосудами гнева, а другие — сосудами милосердия. Но прежде чем привести место Писания, которое отвечало бы на поставленный вопрос, хочу заострить ваше внимание на том, что следующий пример с сосудами предваряется актуальным для нас наставле­нием, сделанным Павлом на основании предшествующего разговора об отступни­ках, которые появились в церкви. Павел, называя их по имени, уличает их в ереси «Таковы Именей и Филит, которые отступили от истины, говоря, что воскресение уже было, и разрушают в некоторых веру» (2Тим.2:17,18) и предупреждает других, наставляя о том, что является твердым основанием для настоящего христианина: «Но твердое ос­нование Божие стоит, имея печать сию: „познал Господь Своих“; и: „да отступит от неправды всякий, исповедующий имя Госпо­да“. А в большом доме есть сосуды не только золотые и серебря­ные, но и деревянные и глиняные; и одни в почетном, а другие в низком употреблении. Итак, кто будет чист от сего, тот бу­дет сосудом в чести, освященным и благопотребным Владыке, годным на всякое доброе дело» (2 Тим. 2:19–21). С помощью этого слова мы видим, что человек не лишен выбора, и какими нам быть со­судами, зависит и от нас. Без сомнения, наша свобода остается при нас, вот только Именей и Филит, которых в Послании к Тимофею обличал Павел, решили использовать ее по своему усмотрению, вздумав учить людей о том, что воскресение хри­стиан после смерти уже состоялось. Их видел и Бог, более того, Он видел их в вечности, так как изначально знал, какую неот­ступную позицию они займут по отношению к истине. Налицо конфликтная ситуация, в которой Именей и Фи­лит сами выбрали быть сосудами низкого употребления, как в свое время это сделал фараон или тот же Исав.

С Исавом же история ненамного сложнее, несмотря на то, что написано, что «когда они ещё не родились и не сделали ничего доброго или худого... Исава возненавидел». Бог, видящий из веч­ности, знает, кто какой выбор сделает и по какому пути пой­дет, и поэтому с самого начала благоволит к боящимся Бога и ищущим правды Его и противостоит тем, кто избирает путь неправды, как это и было в случае с Исавом. «Я знал, что ты упорен, и что в шее твоей жилы железные, и лоб твой — медный; поэтому и объявлял тебе задолго, прежде нежели это приходило, и предъявлял тебе, чтобы ты не сказал: „идол мой сделал это, и истукан мой и изваянный мой повелел этому быть“» (Ис. 48:4,5). С одной стороны, Горшечник лепит, как Ему надо, преследуя Свой замысел, а, с другой стороны, сосуд вправе решать, какой водой ему быть заполненным — живой или мертвой. Если во­дой живой, тогда наше предназначение и путь определяет Бог, волю Которого мы постоянно ищем, если же мертвой, то мы поступаем согласно своим прихотям, идя на поводу у лукавого, все более и более утверждаясь на путях неправды. Но, конеч­но, речь не идёт о том, что теперь Бог специально станет на­сылать на упорного в своих делах человека какие-то беды, как может показаться после чтения слов пророка Исаии. В Евангелии от Матфея (Мф. 7:24–27) говорится, что дождь и буря одина­ково устремляются как на человека благоразумного, так и на безрассудного, только вот благоразумный благодаря этому лишь утвердится в правильности своего пути, а человек безрассудный — упадет.

Конфликт с деструктивными членами, как в случае с Именеем и Филитом, порой становится единственно возможным средством, останавливаю­щим их грех и последующее разложение окружающего их общества. В случае же ошибки большинства, зачастую единственно возможным средством становится выход из такого развра­щенного общества с большой долей вероятности конфликта, который в виде разногласий де-факто уже давно существовал. Безусловно, Господь не является сторонни­ком конфликтов, но если речь идёт о том, чтобы пресечь грех, который стал покушаться на совершенство Божьего замысла (например, как это было во дни Вавилонского столпотворе­ния, когда Бог разделил народы, чтобы те не совершили ещё большей ошибки), конфликт и раздиление оправдывают себя, и бояться их не следует. «Моисей увидел, что это народ необузданный, ибо Аарон допустил его до необузданности, к посрамлению пред вра­гами его. И стал Моисей в воротах стана и сказал: кто Госпо­день, — ко мне! И собрались к нему все сыны Левиины. И он сказал им: так говорит Господь Бог Израилев: возложите каждый свой меч на бедро свое, пройдите по стану от ворот до ворот и об­ратно, и убивайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего» (Исх. 32:25–27).

Тем не менее Новый Завет старается менять наше отношение к конфликту, переводя поиски его решения внутрь человека, где должен находиться бесконечный источник любви, сил и мудрости от Бога. Еще до того, как начнется окончательный раздор, живущий в нас Дух Святой должен нам подсказать иную мо­дель решения проблемы, модель которую Христос выразил следую­щим образом: «Если же согрешит против тебя брат твой, пой­ди и обличи его между тобою и им одним: если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего; если же не послушает, возьми с собою ещё одного или двух, дабы устами двух или трех свидете­лей подтвердилось всякое слово. Если же не послушает их, ска­жи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь. Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Мф. 18:15–18). Мы видим, что Иисус прежде всего признает тот факт, что в сторонах конфликта всегда есть пострадавшая сторона, то есть правая и виновник. И по­скольку виновная сторона редко когда замечает свой грех, Господь советует пострадавшей стороне подойти и тет-а-тет вы­сказать виновнику те ошибки, которыми он согрешил против нее. Может быть многие из них после разговора покажутся уже не такими страшными. Но даже если это не так, и согрешение имело место, то искренность правой стороны в желании разо­браться должна лишь укрепить братские взаимоотношения между людьми. Подобный шаг требует от правой стороны се­рьезных усилий любви, потому что обличение, о котором го­ворит Иисус, должно быть кротким, чтобы не усугубить и без того испорченное дьяволом отношение виновной стороны. Но такое благополучное разрешение ситуации возможно будет только в том случае, если виновная сторона признается в со­вершенной ей ошибке. Если же нет, и виновник не признает­ся или начнет защищать совершенный им грех, усугубляя тем свое положение, то Господь предлагает привести с собой ещё двух или трех свидетелей — желательно, умудренных опытом, утвержденных в вере и искренних сердцем людей, которые без лицемерия смогут отличить правду от лжи и, соответственно, обличить виновника.

Почему Иисус так настойчиво предлагает добиваться правды? Конечно же, не из-за уязвленного самолюбия по­страдавшей стороны, но для того, чтобы не потерять согрешив­шую душу. Вот духовный принцип, который всегда действует: «Итак исповедайте друг другу грехи и молитесь друг за друга, чтобы быть исцеленными. Большую силу имеет усиленная молит­ва праведного» (Иак. 5:16 — совр. перевод). Виновный человек должен исповедать свой грех той стороне, перед которой он со­грешил, иначе ему не быть исцеленным, будь то духовно или физически. Это все тот же путь возвращения на стези правды, о котором мы говорили в главе «Приготовьте путь Господу, пря­мыми сделайте пути Ему», без этого шага человеку не спастись. Поэтому если и во второй раз правая сторона потерпит фиаско, Господь предлагает вынести это дело в церковь, которая своей поддержкой должна обличить виновную сторону. А если и это не поможет, «то да будет он тебе, как язычник и мытарь». На первый взгляд, из уст Христа исходит довольно непонятный совет. Почему Христос, Который на протяжении всего Еванге­лия был другом и врачом всех мытарей и грешников, включая и язычников, вдруг в таком негативном ключе упоминает тех, ради кого Он пришел на эту землю? Ведь уподобляя виновника мытарям и язычникам, Господь уподобляет его и тем, к кому Он Сам ходил и к кому посылал Своих учеников. Здесь, в этом сравнении, и нужно искать ответ. На самом деле Христос упо­минает об этих людях без пренебрежения. Не знаю почему, но сейчас эти слова в контексте данного учения Христа восприни­маются, скорее, в негативном смысле, тогда как должны вос­приниматься наоборот — в духе Христовой милости, с которой пришел на землю Господь, дабы спасти тех же мытарей и языч­ников: «...Я пришел не судить мир, но спасти мир» (Ин. 12:47). Господь тем самым предлагает нам не судить и не проклинать таких людей, а отнестись к ним, как к мытарям и язычникам, снова нуждающимся в слове благодати, ибо они так и не поняли Христа, потому что не увидели своего греха. Теперь для правой стороны этот человек становится как обычный язычник, кото­рый также сильно нуждается в Евангелии, как и любой другой, не познавший Христа. Недаром в той же 18-й главе Евангелия от Матфея, в которой Иисус говорит о согрешившем брате, мы читаем о том, как Петр спрашивает Христа: «...Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз?» (Мф. 18:21), и Христос отвечает: «...не говорю тебе: „до семи“, но до седмижды семидесяти раз» (Мф. 18:22).

«Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Мф. 18:18). Данный стих, которым завершил свой при­мер с согрешившим братом Христос, не говорит нам о какой-то особой мистической власти, как предпочитают интерпретиро­вать эти слова многие. Нет, он говорит о власти поступать так, как поступил бы Христос в том случае, когда видимого смысла в добром и милостивом поступке уже нет, то есть о власти на­шего решения простить или же не простить грех согрешившего против нас человека. Это власть бесконечной доброты, люб­ви и милости, которой предлагает воспользоваться Господь. Апостол Иоанн более точно передает нам значение слов Хри­ста о нашей власти связывать и развязывать, подтверждая тем самым Евангельский дух учения Иисуса Христа: «Кому прости­те грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останут­ся» (Ин. 20:23). Безусловно, если человек виноват и согрешил перед нами, за нами всегда остается право простить его про­ступок или не простить. Если простим, то он будет освобожден от груза наших обвинений, а если нет, то на нем так и останется его вина в том, что он сделал, которая будет до конца господ­ствовать над его душой и формировать его последующие поступки. Хотим мы этого или нет, выбирать нам.

Так мы логично подошли к теме нашей следующей главы. Она откроет перед нами несравненно лучшую позицию оправдания, о которой мы только что говорили и осудит позицию осуждения, которая, прежде всего, выносит неутешительный вердикт нам самим.

Кто правее

Когда мы рассматриваем какой-либо конфликт, нам, пре­жде всего, следует понимать, что не Бог является его зачин­щиком, а человек, искушаемый собственной похотью или пу­стивший в свое сердце недовольство. Безусловно, родоначаль­ником и автором любого зла и раздора является дьявол, он по природе своей заинтересован в том, чтобы люди со смыслом или вообще без какого-либо смысла уничтожали себя. Он ни­когда не отстаивает интересы ни одной из сторон конфликта, даже если этой стороной являются фашисты, которые задались целью оккупировать всю землю и уничтожить другие наро­ды. Он лишь заинтересован в том, чтобы конфликт как тако­вой был, и люди, ненавидя себя, уничтожали друг друга, дабы его царство все больше и больше пополнялось возлюбленным Божьим творением. Таким образом он желает как можно силь­нее отомстить Богу, до Которого не может дотянуться. Поэтому не так уж и сложно догадаться, что лукавый будет на стороне как одних, так и других участников конфликта, умело раздувая его со всех сторон. И если вновь вернуться к примеру второй мировой войны, мы поймем, что дьявол был не только на сто­роне фашистов или коммунистов, в этой страшной войне он был на стороне всех ее участников, обманывая и искушая лю­дей их же собственной похотью. Технично оперируя этими гре­ховными вожделениями, лукавый активно поддерживал в лю­дях конфронтацию, сталкивая их лбами. «В искушении никто не говори: „Бог меня искушает“; потому что Бог не искушается злом и Сам не искушает никого, но каждый искушается, увле­каясь и обольщаясь собственною похотью; похоть же, зачавши, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть» (Иак. 1:13–15). Смерть — и духовная, и физическая — это тот результат, к ко­торому стремится лукавый, принимая полное участие во всех сторонах конфликта, и вина за это лежит целиком и полностью на тех людях, которые идут на поводу у таких обольщений.

Но как же в таком случае ведет себя Бог? Во-первых, Господь с самого начала даровал людям не просто полную сво­боду, но и ответственность за нее в виде последствий такого выбора. Во-вторых, Господь дал человеку все необходимое, чтобы не пустить в свое сердце повод для конфликта, и все возможности, чтобы противостать дьяволу и потушить кон­фликт, если он вдруг возник. Именно об этом мы говорили во всех предыдущих главах. И, в-третьих, если мы уже участвуем в конфликте, то невозможно сказать, что Бог в равной степе­ни выступает против всех сторон конфликта, как нельзя и ска­зать, что Господь одинаково встанет на сторону того и другого участника конфликта. Такого никогда не будет, потому что в природе не может быть равноудалености сторон конфликта от истины. В любом случае одна из сторон в совокупности своих мотивов будет ближе к явлению правды, нежели другая. «Тогда Ты услышь с неба, и произведи суд над рабами Твоими, обвини ви­новного, возложив поступок его на голову его, и оправдай правого, воздав ему по правде его» (3 Цар. 8:32). Как мы понимаем, ближе к правде необходимо быть не в человеческом понимании этого выражения, как это было у фараона, когда тот отстаивал инте­ресы своего надменного и гордого сердца, а в Божественном смысле, как у Моисея, ибо написано, что сначала надо услы­шать с неба. Да, наш Бог любви — не любитель боев и войн, тем не менее в Слове Божьем мы читаем, что «со мною Господь, как сильный ратоборец; поэтому гонители мои споткнутся и не одолеют; сильно посрамятся, потому что поступали неразум­но» (Иер. 20:11). Зная, что наш Господь — это Бог любви и ми­лосердия, мы никогда не должны забывать и о других сторонах Его многогранного характера. Наш Бог не тот, кто пускает все на самотек, нет, Он Тот, Кто сотворил всю вселенную. Поэтому правда, на которую ежесекундно происходят покушения, нуж­дается в защите, а значит Бог со всей Своей силой будет вы­ступать на ее стороне, чтобы истина не попиралась, как мы уже говорили. Недаром Библия испещрена множеством примеров сражений, конфликтов и войн, в которых принимал участие и наш Господь Саваоф — Бог воинства небесного. «И Он возло­жил на Себя правду, как броню, и шлем спасения — на главу Свою; и облекся в ризу мщения, как в одежду, и покрыл Себя ревностью, как плащем. По мере возмездия, по этой мере Он воздаст про­тивникам Своим — яростью, врагам Своим — местью, островам воздаст должное» (Ис. 59:17,18).

Если разобраться в тех непростых библейских историях, где происходят разного рода столкновения, то мы видим, что конфликт как решение проблемы, учитывая то, что совершили люди из-за своего неразумного и непослушного поведения, за­гнав ситуацию в тупик, порой остается единственно возмож­ным средством. Оттого мы и читаем особенно в Ветхом Завете о таком немалом количестве конфликтов и воин, которые воз­никали либо вследствие отступления Божьего народа от прав­ды, либо вследствие противления или наступления вражеской стороны на правду. Однако Господь не лицеприятен, Он никог­да не становится на сторону того или иного человека, потому что у того сильные мускулы, или он более уважаем, или он на­звался верующим и призывает Его имя. Более того, такое пове­дение верующего может даже усугубить ситуацию, потому что это порочит Божье имя и ещё больше извращает правду. Так случилось с вероломной Иудеей, которая в глазах Бога оказа­лась намного дальше от правды, какую должна была возвещать, нежели давно отступивший и ни на что не претендующий Из­раиль. «И сказал мне Господь: отступница, дочь Израилева, ока­залась правее, нежели вероломная Иудея» (Иер. 3:11). Смысл в другом: Бог — Господин над всем, и Он никогда не занимает чью-то сторону. Бог всегда отстаивает Свою правду, и потому тот, кто ближе находится к исполнению правды, тот будет под­держан Богом, даже если этот человек не ходит в «нужную» церковь или исповедует какую-то непонятную точку зрения. Все познается в сравнении с учетом того, на какой стадии развития находятся отношения человека с Богом. Поэтому спрос с Иудеи, которая являлась на тот момент хранительницей завета с Бо­гом, был намного больше, чем с остальных давно отступивших колен Израиля. Поэтому грех Иудеи, которая должна была знать Бога лучше, чем Израиль, стал в глазах Господа большей неправдой, нежели точно такой же грех Израиля.

Возьмем, к примеру, царя Вавилонского Навуходоносора. К тому времени Божий народ уже давно сошел на богопротив­ные пути и стал противником Божьей воли, несмотря на неод­нократные предупреждения пророков. Поэтому наступление царя Навуходоносора, который направился на Иерусалим, ста­ло отвечать делу правды, которую вознамерился восстановить Бог, дав соответствующее побуждение царю. Истина попира­лась, народ блудил, став врагом Богу, поэтому Навуходоносор, который оккупировал Израильскую землю и увел Божий народ в плен, стал самым настоящим исполнителем Божьей воли, восстанавливающим правду, в отличие от израильтян и иудеев, которые стали препятствовать Навуходоносору в его планах, несмотря на то, что действовали многие Израильтяне исходя из мысли, что они семя Авраамово, а значит, как и в прошлые вре­мена, Господь должен был поборать за них. Именно этим они навлекли на себя ещё большее осуждение и погибли, потому что на самом деле воспрепятствовали Божьей воле, несмотря на то, что их и об этом также предупреждали пророки. Гордость их не дала им принять это как истину, и они серьезно попла­тились за свое решение. Но прошло 70 лет, и Бог вознамерил­ся вернуть Свой народ из плена, как и предсказывал это через своих пророков. В свете этого актуальным станет пример ещё одного Вавилонского царя, исполнившего Божий замысел, — царя Кира, о котором Исаия пророчески говорил: «Я воздвиг его в правде и уровняю все пути его. Он построит город Мой, и отпустит пленных Моих, не за выкуп и не за дары, говорит Го­сподь Саваоф» (Ис. 45:13).

Однажды Петр после невероятного откровения, получен­ного от Бога, сказал: «...истинно познаю, что Бог нелицеприя­тен, но во всяком народе боящийся Его и поступающий по прав­де приятен Ему» (Деян. 10:34,35). Всегда должно быть что-то, что отделяло бы в случившемся столкновении между людьми правого и неправого человека. Петр упомянул здесь два момен­та: человек, боящийся Его и поступающий по правде, приятен Богу. Не может быть разногласий, если у людей совпадают обе эти составляющие, если же произошел конфликт, ищите при­чину. В случае с Навуходоносором Израильский народ, не ис­полнявший правды своей и не боявшийся Бога своего, заранее имел проигрышную позицию, особенно если учесть то, что именно он должен был являть всему миру свет правды. Что же касается Навуходоносора, то он, несмотря на производимую им интервенцию и его принадлежность к языческим народам, явил правду, исполнив Божью волю. Однако если вспомнить историю с царем Ассирийским, произошедшую в момент правления в Иудее угодного Богу царя Езекии, то мы увидим совершенно иную развязку. Царю Ассирийскому Сеннахири­му не просто не удалось овладеть Иерусалимом, он полностью потерял свое войско, которое уничтожил Сам Господь, и по­зорно погиб, покусившись на того, кто боялся Бога и исполнял правду.

Размышляя в Послании к Римлянам о детях Авраамовых, которые не все таковые, потому что не плотские дети при­знаются детьми Божьими, но дети обетования, апостол Павел приводит один любопытный пример с двумя детьми Ревекки, наталкивая нас на одну непростую мысль: «Ибо, когда они ещё не родились и не сделали ничего доброго или худого, — дабы изволение Божие в избрании происходило не от дел, но от При­зывающего, — сказано было ей: „больший будет в порабощении у меньшего“, как и написано: „Иакова Я возлюбил, а Исава воз­ненавидел“. Что же скажем? Неужели неправда у Бога? Никак. Ибо Он говорит Моисею: „кого миловать, помилую; кого жалеть, пожалею“. Итак помилование зависит не от желающего и не от подвизающегося, но от Бога милующего. Ибо Писание говорит фараону: „для того самого Я и поставил тебя, чтобы показать над тобою силу Мою, и чтобы проповедано было имя Мое по всей земле“. Итак, кого хочет, милует; а кого хочет, ожесточает. Ты скажешь мне: „за что же ещё обвиняет? Ибо кто противо­станет воле Его?“ А ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему (его): „зачем ты меня так сде­лал?“ Не властен ли горшечник над глиною, чтобы из той же сме­си сделать один сосуд для почетного употребления, а другой для низкого?» (Рим. 9:11–21).

Мотивы всех поступков Бога нам не понять, тем более на­писано, что спорить в этом плане бесполезно. Однако и в этом сложном вопросе мы не остаемся совсем без ответа. Итак, мы видим, что сначала в качестве примера приводится Иаков, ко­торого Бог возлюбил, затем Исав, которого Он возненавидел, также фараон, которого Бог для того и поставил, чтобы пока­зать над ним Свою силу, и, наконец, речь заходит об изделии. Помимо этого ещё в самом начале текста мы читаем об изво­лении Божьем, которое происходит не от дел человека, а от Самого Призывающего. Вот, оказывается, почему все так стро­го. Представляете, если глина вдруг станет каким-то образом указывать горшечнику, какой сосуд и для каких нужд надобно сейчас сделать? Или мы вдруг будем иметь вес в принятии ре­шений о судьбах мира? Какой хаос тогда начнется — этакий не­передаваемый кавардак с цепной реакцией. Но даже если по­пытаться это представить, боюсь, многих так и не перестанет мучить вопрос, поставленный Павлом: «кого хочет, милует; а кого хочет, ожесточает... так за что же ещё и обвиняет? Ибо кто противостанет воле Его?» Увы, но если подобный вопрос раздражает и не дает покоя, вынужден констатировать, что это признаки сердца, ещё не смирившегося человека перед Богом.

Но что, если человек запутался и действительно желает разобраться? Для таких людей Слово Божье дает вполне исчерпывающее объяснение, почему одни сосуды становятся сосудами гнева, а другие — сосудами милосердия. Но прежде чем привести место Писания, которое отвечало бы на поставленный вопрос, хочу заострить ваше внимание на том, что следующий пример с сосудами предваряется актуальным для нас наставле­нием, сделанным Павлом на основании предшествующего разговора об отступни­ках, которые появились в церкви. Павел, называя их по имени, уличает их в ереси «Таковы Именей и Филит, которые отступили от истины, говоря, что воскресение уже было, и разрушают в некоторых веру» (2Тим.2:17,18) и предупреждает других, наставляя о том, что является твердым основанием для настоящего христианина: «Но твердое ос­нование Божие стоит, имея печать сию: „познал Господь Своих“; и: „да отступит от неправды всякий, исповедующий имя Госпо­да“. А в большом доме есть сосуды не только золотые и серебря­ные, но и деревянные и глиняные; и одни в почетном, а другие в низком употреблении. Итак, кто будет чист от сего, тот бу­дет сосудом в чести, освященным и благопотребным Владыке, годным на всякое доброе дело» (2 Тим. 2:19–21). С помощью этого слова мы видим, что человек не лишен выбора, и какими нам быть со­судами, зависит и от нас. Без сомнения, наша свобода остается при нас, вот только Именей и Филит, которых в Послании к Тимофею обличал Павел, решили использовать ее по своему усмотрению, вздумав учить людей о том, что воскресение хри­стиан после смерти уже состоялось. Их видел и Бог, более того, Он видел их в вечности, так как изначально знал, какую неот­ступную позицию они займут по отношению к истине. Налицо конфликтная ситуация, в которой Именей и Фи­лит сами выбрали быть сосудами низкого употребления, как в свое время это сделал фараон или тот же Исав.

С Исавом же история ненамного сложнее, несмотря на то, что написано, что «когда они ещё не родились и не сделали ничего доброго или худого... Исава возненавидел». Бог, видящий из веч­ности, знает, кто какой выбор сделает и по какому пути пой­дет, и поэтому с самого начала благоволит к боящимся Бога и ищущим правды Его и противостоит тем, кто избирает путь неправды, как это и было в случае с Исавом. «Я знал, что ты упорен, и что в шее твоей жилы железные, и лоб твой — медный; поэтому и объявлял тебе задолго, прежде нежели это приходило, и предъявлял тебе, чтобы ты не сказал: „идол мой сделал это, и истукан мой и изваянный мой повелел этому быть“» (Ис. 48:4,5). С одной стороны, Горшечник лепит, как Ему надо, преследуя Свой замысел, а, с другой стороны, сосуд вправе решать, какой водой ему быть заполненным — живой или мертвой. Если во­дой живой, тогда наше предназначение и путь определяет Бог, волю Которого мы постоянно ищем, если же мертвой, то мы поступаем согласно своим прихотям, идя на поводу у лукавого, все более и более утверждаясь на путях неправды. Но, конеч­но, речь не идёт о том, что теперь Бог специально станет на­сылать на упорного в своих делах человека какие-то беды, как может показаться после чтения слов пророка Исаии. В Евангелии от Матфея (Мф. 7:24–27) говорится, что дождь и буря одина­ково устремляются как на человека благоразумного, так и на безрассудного, только вот благоразумный благодаря этому лишь утвердится в правильности своего пути, а человек безрассудный — упадет.

Конфликт с деструктивными членами, как в случае с Именеем и Филитом, порой становится единственно возможным средством, останавливаю­щим их грех и последующее разложение окружающего их общества. В случае же ошибки большинства, зачастую единственно возможным средством становится выход из такого развра­щенного общества с большой долей вероятности конфликта, который в виде разногласий де-факто уже давно существовал. Безусловно, Господь не является сторонни­ком конфликтов, но если речь идёт о том, чтобы пресечь грех, который стал покушаться на совершенство Божьего замысла (например, как это было во дни Вавилонского столпотворе­ния, когда Бог разделил народы, чтобы те не совершили ещё большей ошибки), конфликт и раздиление оправдывают себя, и бояться их не следует. «Моисей увидел, что это народ необузданный, ибо Аарон допустил его до необузданности, к посрамлению пред вра­гами его. И стал Моисей в воротах стана и сказал: кто Госпо­день, — ко мне! И собрались к нему все сыны Левиины. И он сказал им: так говорит Господь Бог Израилев: возложите каждый свой меч на бедро свое, пройдите по стану от ворот до ворот и об­ратно, и убивайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего» (Исх. 32:25–27).

Тем не менее Новый Завет старается менять наше отношение к конфликту, переводя поиски его решения внутрь человека, где должен находиться бесконечный источник любви, сил и мудрости от Бога. Еще до того, как начнется окончательный раздор, живущий в нас Дух Святой должен нам подсказать иную мо­дель решения проблемы, модель которую Христос выразил следую­щим образом: «Если же согрешит против тебя брат твой, пой­ди и обличи его между тобою и им одним: если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего; если же не послушает, возьми с собою ещё одного или двух, дабы устами двух или трех свидете­лей подтвердилось всякое слово. Если же не послушает их, ска­жи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь. Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Мф. 18:15–18). Мы видим, что Иисус прежде всего признает тот факт, что в сторонах конфликта всегда есть пострадавшая сторона, то есть правая и виновник. И по­скольку виновная сторона редко когда замечает свой грех, Господь советует пострадавшей стороне подойти и тет-а-тет вы­сказать виновнику те ошибки, которыми он согрешил против нее. Может быть многие из них после разговора покажутся уже не такими страшными. Но даже если это не так, и согрешение имело место, то искренность правой стороны в желании разо­браться должна лишь укрепить братские взаимоотношения между людьми. Подобный шаг требует от правой стороны се­рьезных усилий любви, потому что обличение, о котором го­ворит Иисус, должно быть кротким, чтобы не усугубить и без того испорченное дьяволом отношение виновной стороны. Но такое благополучное разрешение ситуации возможно будет только в том случае, если виновная сторона признается в со­вершенной ей ошибке. Если же нет, и виновник не признает­ся или начнет защищать совершенный им грех, усугубляя тем свое положение, то Господь предлагает привести с собой ещё двух или трех свидетелей — желательно, умудренных опытом, утвержденных в вере и искренних сердцем людей, которые без лицемерия смогут отличить правду от лжи и, соответственно, обличить виновника.

Почему Иисус так настойчиво предлагает добиваться правды? Конечно же, не из-за уязвленного самолюбия по­страдавшей стороны, но для того, чтобы не потерять согрешив­шую душу. Вот духовный принцип, который всегда действует: «Итак исповедайте друг другу грехи и молитесь друг за друга, чтобы быть исцеленными. Большую силу имеет усиленная молит­ва праведного» (Иак. 5:16 — совр. перевод). Виновный человек должен исповедать свой грех той стороне, перед которой он со­грешил, иначе ему не быть исцеленным, будь то духовно или физически. Это все тот же путь возвращения на стези правды, о котором мы говорили в главе «Приготовьте путь Господу, пря­мыми сделайте пути Ему», без этого шага человеку не спастись. Поэтому если и во второй раз правая сторона потерпит фиаско, Господь предлагает вынести это дело в церковь, которая своей поддержкой должна обличить виновную сторону. А если и это не поможет, «то да будет он тебе, как язычник и мытарь». На первый взгляд, из уст Христа исходит довольно непонятный совет. Почему Христос, Который на протяжении всего Еванге­лия был другом и врачом всех мытарей и грешников, включая и язычников, вдруг в таком негативном ключе упоминает тех, ради кого Он пришел на эту землю? Ведь уподобляя виновника мытарям и язычникам, Господь уподобляет его и тем, к кому Он Сам ходил и к кому посылал Своих учеников. Здесь, в этом сравнении, и нужно искать ответ. На самом деле Христос упо­минает об этих людях без пренебрежения. Не знаю почему, но сейчас эти слова в контексте данного учения Христа восприни­маются, скорее, в негативном смысле, тогда как должны вос­приниматься наоборот — в духе Христовой милости, с которой пришел на землю Господь, дабы спасти тех же мытарей и языч­ников: «...Я пришел не судить мир, но спасти мир» (Ин. 12:47). Господь тем самым предлагает нам не судить и не проклинать таких людей, а отнестись к ним, как к мытарям и язычникам, снова нуждающимся в слове благодати, ибо они так и не поняли Христа, потому что не увидели своего греха. Теперь для правой стороны этот человек становится как обычный язычник, кото­рый также сильно нуждается в Евангелии, как и любой другой, не познавший Христа. Недаром в той же 18-й главе Евангелия от Матфея, в которой Иисус говорит о согрешившем брате, мы читаем о том, как Петр спрашивает Христа: «...Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз?» (Мф. 18:21), и Христос отвечает: «...не говорю тебе: „до семи“, но до седмижды семидесяти раз» (Мф. 18:22).

«Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Мф. 18:18). Данный стих, которым завершил свой при­мер с согрешившим братом Христос, не говорит нам о какой-то особой мистической власти, как предпочитают интерпретиро­вать эти слова многие. Нет, он говорит о власти поступать так, как поступил бы Христос в том случае, когда видимого смысла в добром и милостивом поступке уже нет, то есть о власти на­шего решения простить или же не простить грех согрешившего против нас человека. Это власть бесконечной доброты, люб­ви и милости, которой предлагает воспользоваться Господь. Апостол Иоанн более точно передает нам значение слов Хри­ста о нашей власти связывать и развязывать, подтверждая тем самым Евангельский дух учения Иисуса Христа: «Кому прости­те грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останут­ся» (Ин. 20:23). Безусловно, если человек виноват и согрешил перед нами, за нами всегда остается право простить его про­ступок или не простить. Если простим, то он будет освобожден от груза наших обвинений, а если нет, то на нем так и останется его вина в том, что он сделал, которая будет до конца господ­ствовать над его душой и формировать его последующие поступки. Хотим мы этого или нет, выбирать нам.

Так мы логично подошли к теме нашей следующей главы. Она откроет перед нами несравненно лучшую позицию оправдания, о которой мы только что говорили и осудит позицию осуждения, которая, прежде всего, выносит неутешительный вердикт нам самим.